Удивительная миссис Мейзел - 7 (?)
Удивительная миссис Мейзел - 7 (?) Почему после оценки стоит знак вопроса, я ниже объясню. Итак. 50-е годы, Нью-Йорк. Молодая еврейская семья перебивается с масла на икру. Потому что родители у молодоженом люди уважаемые и обеспеченные. Один папа имеет швейное производство, а другой - профессор математики в университете. Ну а мамы - что мамы? Классические аидиш-мамы. Сидят дома и ведут хозяйство, в чем видят свое предназначение, определенное Богом, укладом и законом. То же самое светило и Мириам (она же Мидж) и Джоэлу Мейзелам. Только вот Джоэлу втемяшилась в голову мысль, что он офигенный юморист и ждет его слава на поприще стендапа. Из свой конторы, где он прозябает скучным топ-менеджером и крутит миллионными проектами, он по вечерам мотается в какой-то убогий кабачок под названием «Газлайт», где отстояв очередь из таких же непризнанных гениев поэзии, танца, авангардной музыки и стендапа, пытается смешить публику. Мидж, как и полагается правоверной еврейской женушке, всячески ему в этом способствует - собирает шуточки и наблюдашки в красный блокнотик, печет вкусняшки, коими подкупает владельцев клубешника, чтобы Джоэлу дали очередь поудобнее, подбадривает его и стимулирует, воспитывает детей и ведет дом, вечером ложится спать завитая и накрашенная, чтобы смыть макияж, когда Джоэл заснет, а потом вскочить спозасранку, чтобы успеть привести себя в порядок до того, как он проснется. В общем, бездельничает. Для Джоэла все ее невидимые миру подвиги остаются неведомыми. Да ему и пофиг, на что идет его женушка, чтобы ему угодить, ибо он страдает от своей нереализованности. В итоге он бросает Мидж ради тупой секретарши, которая сморит ему в рот и не дает советов. Это полностью рушит мир Мидж, она напивается, идет в тот кабак и разражается там экспромтом, который приводит публику в восторг, а саму Мидж в полицейский участок за непристойное поведение. Таким образом, Мидж понимает, что ее постоянное стремление покуражиться на публике - не блажь, а настоящее призвание. Семья воспринимает это в штыки, а владелица клуба видит в этой еврейской болтушке шанс сделать прорыв в шоу-бизнесе. И начинает ее тащить в меру своих сил и возможностей, коих очень немного. Зато желания хоть продавай. Я посмотрел ровно один сезон и три серии второго. А всего этих сезонов то ли пять, то ли шесть. И у меня очень странное впечатление, как раз и выразившееся в знаке вопроса после оценки. В сериале очень много плюсов. Эпоха передана шикарно. Характеры, пусть немного гротескные, но жирнейшие. Феминистская повесточка? Ну да, тут она в полный рост. Но в истории про то, как женщина пробивает себе дорогу наверх не просто в махровом мужском мире заскорузлой и закостеневшей в патриархальности Америки 50-х, но еще и в абсолютно мужской профессии, чего-то другого ожидать было сложно. Это кино про женщину в мужском мире. Беда только в том, что авторы в этом меры не знают. В сериале (во всяком случае, в том, что я видел) нет вообще ни единого мужского персонажа, который не был бы полнейшим муфлоном, не видящим в женщине человека. Даже папа Мидж, профессор математики, в своей жене видит только домашний прибор, не имеющий права на свои чувства и самореализацию. И в этом он абсолютно искренен. Зато живописание вот этого вот закрытого еврейского мирка Америки, с его укладом, традициями, особенностями - это чистый незамутненный восторг. И все бы ничего. Но в сериале есть два жирных минуса. Это собственно стендап-юмор и фигура самой Мидж Мейзел. В «мирной жизни» это обаятельная шелопутная еврейская девчонка с моторчиком. Ну, разве что немного склонная лезть не в свои дела и пытаться решать чужие проблемы, о чем ее никто не просил. Совершенно самоотверженная аидиш-женушка и аидиш-дочка. Но как только она забирается на сцену или лезет на табуретку в компании, в нее словно вселяется бес. Она мгновенно превращается в хабалку с Привоза, с шлюховатыми манерами и полублатным «базаром». При этом, она себя совершенно не контролирует. Ее юмор не просто хабалистый, он в полной мере поха