Храм свт. Николая Чудотворца на Преображенском кладбище
Прочее · 24 октября 2026 г.
«Я не могу не вспомнить и о том, как Господь уловил в свое время и меня — как это было,...
«Я не могу не вспомнить и о том, как Господь уловил в свое время и меня — как это было, что я тогда пережил и во что это вылилось впоследствии. В раннем детстве я был атеистом. Не знаю почему. Возможно, виной были книги и фильмы советского времени, возможно, что-то еще, но я почему-то не просто не верил в Бога, но и спорил с самой идеей Его существования. Спорил с бабушкой, употребляя при этом известный довод о том, что «человек в космос летал, а Бога не видел». Причем самое удивительное в этом, что я, вероятнее всего, не почерпнул эту «светлую» мысль где-то во внешних источниках, а дошел до такого умозаключения самостоятельно. А потом… Потом, когда мне было лет 10-11, мы взяли немецкую овчарку, щенка, к которому за время его взросления мы с мамой страшно привязались, точнее – полюбили. И когда кто-то из соседей рассыпал у нас на площадке ядовитый порошок, а он вдохнул его, для нас это стало самой настоящей трагедией. Он быстро умирал, таял на глазах; когда выходил еле живой на улицу, из него текла кровь. Мы водили, потом буквально носили его в ветлечебницу, благо она была совсем рядом с домом. Но в какой-то момент услышали неизбежное: — Надежды нет, не мучайте его… Выход один — усыпить, и чем раньше, тем лучше, для него сейчас каждый час — страдание. А мы все-таки не смогли сделать этого сразу, хотя правота врача была очевидна. Отложили на день. Что случилось за этот день? Удивительная вещь: я совершенно неожиданно для себя впервые в жизни обратился к Богу. Сказал как-то очень просто и от всего сердца: — Господи, если Ты есть, пусть он выздоровеет. А я в Тебя за это поверю. И дело не только в том, что практически сразу наступил перелом в течении болезни. Не только в том, что ветврач не мог никак понять, чем это объяснить и как это возможно. Не только в том, что наша собака прожила еще долгие годы. Нет, это был момент встречи, забыть которую я не смогу никогда. Я вдруг почувствовал, что я не просто говорю… Меня слышат. Я почувствовал Того, к Кому обращался. Ощутил Его как что-то совершенно новое. И в то же время как что-то до бесконечности родное и близкое. Что-то такое, о чем я не подозревал даже и при этом —знал всегда. Изменилось ли что-то тогда в моей жизни? Изменилось, пожалуй, именно это: я точно понял, что Бог есть. Был благодарен Ему. Но не знал, как эту благодарность можно выразить. Стал обращаться к Нему в трудные моменты и всегда обретал успокоение и помощь. Но вряд ли это можно назвать собственно благодарением. Прочел тогда же в раннем детстве чудом попавшее к нам в дом Евангелие. Мало что понял в нем, но до боли был поражен жестокостью людей по отношению ко Христу. И возмущен. И очень хотел Его защитить от них, только не знал, как. Можно ли сказать, что это чудо обусловило мой приход в Церковь, мое сознательное воцерковление спустя шесть или семь лет? Я считаю, что однозначно да. Этот опыт обусловил и иное: с самого начала я подсознательно понимал, что пережитое в момент встречи было важнее, чем получение того, о чем я просил. И мне кажется, что именно это и не давало и не дает мне ни к чему относиться ни в Церкви, ни в жизни как таковой, ни в жизни внутренней формально.» Игумен Нектарий (Морозов) Отрывок из книги «Не заблудиться на пути ко Христу. О сути религиозной жизни»