ТРЕТЬЯ ЗАПОВЕДЬ: Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оста...
ТРЕТЬЯ ЗАПОВЕДЬ: Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно. Что, неужели бывают такие люди, которые решаются поминать без причины и надобности имя, приводящее в трепет, – имя Господа Бога Всевышнего? Когда на небе произносится имя Божие, небеса склоняются, звезды вспыхивают ярче, Архангелы и Ангелы воспевают: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф», а святители и угодники Божии падают ниц. Тогда кто же из смертных дерзает поминать Пресвятое имя Божие без душевного трепета и без глубокого воздыхания от тоски по Богу? Если человек при смерти, назови ему любое имя, и не сможешь его ни подбодрить, ни вернуть мир его душе. Но когда помянешь одно единственное имя – имя Господа Иисуса Христа, подбодришь и успокоишь его. И уходящий в мир иной последним своим взглядом поблагодарит тебя за бальзам великого имени для души его. Если от человека отвернутся родные или его предадут друзья, и он поймет, что одинок в этом бескрайнем мире, то напомни ему, уставшему от одиночества в пути, имя Божие, и ты как бы дашь ему в руки посох для отяжелевших рук и ног. Если ополчатся против кого-то злые соседи и ложными свидетельствами доведут до оков и темницы, склонив на свою сторону судей против праведника, приблизься к страдальцу и шепни ему на ухо имя Господне. И в тот же миг слезы потекут из его глаз, слезы надежды и веры, и тяжкие оковы покажутся ему легче. Если некто тонет на глубине и в последний миг между жизнью и смертью помянет имя Божие, то силы его удвоятся. Если ученый тщится разрешить некую трудную загадку природы и, чувствуя, что напрасно понадеялся на свой ограниченный разум, однажды помянет имя Божие, то внезапное озарение всколыхнет его душу, и приоткроется завеса тайны. О, предивное имя Божие! Как ты всесильно, как прекрасно, как сладко! Да умолкнут навеки мои уста, если произнесут его небрежно, обыденно, попусту. Послушайте-ка притчу о богохульнике. Один золотых дел мастер сидел в своей лавке за верстаком и, работая, непрестанно поминал имя Божие всуе: то как клятву, то как любимое словцо. Некий паломник, возвращавшийся из святых мест, проходя мимо лавки, услышал это, и душа его возмутилась. Тогда он окликнул ювелира, чтобы тот вышел на улицу. А когда мастер вышел, паломник спрятался. Ювелир, никого не увидев, вернулся в лавку и продолжил работу. Паломник снова его окликнул, а когда ювелир вышел, тот прикинулся, что ничего не знает. Мастер, рассердившись, вернулся к себе и снова начал работать. Паломник в третий раз его окликнул и, когда мастер опять вышел, снова стоял молча, прикинувшись, что он тут ни при чем. Тогда ювелир в бешенстве набросился на паломника: – Зачем ты зовешь меня понапрасну? Что за шутки! У меня работы по горло! Паломник миролюбиво ответил: – Поистине, у Господа Бога работы еще больше, но ты Его призываешь гораздо чаще, чем я тебя. Кто имеет право сердиться больше: ты или Господь Бог? Ювелир, пристыженный, вернулся в мастерскую и с тех пор держал язык за зубами. Так пусть же, братья, имя Господне, как неугасимая лампада, непрестанно теплится в душе, в мыслях и сердце, пусть оно будет на уме, но не срывается с языка, не имея на то значительного и торжественного повода. Святитель Николай Сербский