Здесь главное, что хочется отметить, так это то, что человек в состоянии паники начинае...
Здесь главное, что хочется отметить, так это то, что человек в состоянии паники начинает «мельтешить» в мыслях, в жестах, во всём. Трудно остановить этот процесс по всем фронтам одновременно, трудно даже начать молиться, так как ум скачет. Можно попробовать соединить молитву с неспешным дыханием. И пока ум не сосредоточится на самой молитве, обратить внимание на то, чтобы, как говорил старец Никодим, вдох по времени соответствовал выдоху. Инициатива тогда может быть перехвачена и мельтешение может быть лишено своего плацдарма. Через некоторое время, когда выйдем из потока, ранее оглушённый ум вспомнит о молитве и уже осмысленно включится в работу. Говорят, что, когда диафрагма зажата, тело не может «выключить тревогу». Если диафрагма работает правильно, уровень кортизола снижается на четверть. Хотя говорят, что выдох должен быть длинней, в данном случае суть не в том. Не все всегда происходит так, как о том пишут медики. Суть – в мирном духе, к которому в данный момент мы пытается добраться с помощью молитвы. Суть в том, что дух мирен, когда он связан со Христом, что мы достигаем через Иисусову молитву. Крайне важно отметить: здесь мы не говорим о исихазме, учении, в рамках которого молитва Иисусова соединяется с различными приёмами, соотносится с дыханием, сердцем и пр. Мы говорим не про постоянную практику творения молитвы в ритм дыхания (которое, по отцам должно быть очень тихим), которая возможна при наличии опытного руководителя. Мы говорим о приёме, который уместен эпизодически, в конкретных обстоятельствах, и не как всегдашний принцип! Я не очень верю, что дыхание само по себе может помочь человеку. В книге «Щит веры. Часть 4» сказано, что отвлечься от тяжёлых переживаний помогает активация духовного уровня, который затрагивает деятельность второй сигнальной системы, то есть семантические сети, область смыслов. Например, ты видишь агрессивного молодого человека и испытываешь к нему чувство раздражения, но вдруг понимаешь, что он сирота, вырос в детском доме и привык прокладывать себе дорогу локтями. После чего ты не испытываешь желания гневаться. Примечательно, что, когда ты входишь в устойчивый молитвенный ритм, человек, который вёл насыщенную речь, бывает, что останавливается, и разговор заканчивается сам. Возможно, что-то такое передаётся на лице, или как говорил схиигумен Савва (Остапенко): «Сердце сердцу весть подаёт».