Обычный бытовой конфликт из-за шума и арендаторов перерос в борьбу в мессенджерах, — 22 июля 2026 г. в 12:41:13.151
Обычный бытовой конфликт из-за шума и арендаторов перерос в борьбу в мессенджерах, С чего всё началось? В одном из ЖК разгорелся конфликт: Истица (А) — риелтор, помогающая сдавать квартиру своей дочери. Ответчики (Б и В) — соседки снизу. Соседкам снизу мешал шум от квартирантов сверху. Конфликт быстро выплеснулся в общедомовые чаты и личную переписку. Какие именно выражения использовали ответчики? В материалах дела и лингвистической экспертизе фигурировал целый «букет» высказываний, переписок и аудиозаписей: В адрес личности и поведения в общих чатах: «Неадекватная», «наглая», «обнаглела», «попутала берега». «У нее всегда свистит», «свист конкретный в голове», «весна тут ни при чем» (с явным намеком на психические расстройства). «Она риелтор и возомнила о себе Бог весть что». Скрытые и прямые угрозы: «Мы создадим вам невыносимые условия», «я вам устрою шумы», «будете по судам бегать». Намеки на физическую расправу в переписке: «мы вам устроим темную». В личных звонках и голосовых сообщениях: Прямая нецензурная и обсценная брань (мат). Прямые персональные оскорбления и физические угрозы в телефонном разговоре (включая обещания «попортить лицо»). Ключевые выводы суда и лингвистов: Суд назначил лингвистическую экспертизу и сформулировал принципиально важные выводы о том, как разграничивать неприличную форму, оценочные суждения и противоправные действия: «Разговорные» обидные слова — не оскорбление в юридическом смысле «неадекватная», «наглая», «попутала берега», «обнаглела», «свистит конкретно». Позиция экспертов и суда: В юридическом смысле эти слова не являются оскорблением, так как они не выражены в неприличной или обсценной (матерной) форме. Но публичный уничижительный контекст всё равно наказуем! Вывод суда: Хотя отдельные слова и не являются матом, их систематическое использование в публичном чате на сотни участников несет уничижительный характер. Намеки на психические расстройства («свистит у нее всегда»), переключение с бытового спора на личности и попытки дискредитировать человека перед соседями наносят вред его репутации и причиняют моральные страдания. За это суд всё равно взыскивает компенсацию морального вреда! Бытовые «угрозы» и Настоящие угрозы Фразы: «Я вам устрою», «создадим невыносимые условия». Вывод суда: Это бытовые психологические выпады и намерение создать неудобства, но не уголовно наказуемая угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Личные звонки: где прямая граница нарушения В отличие от относительно «сдержанных» текстов в общем чате, в личных звонках одна из ответчиц использовала прямой мат и угрозы физической расправы. Вывод суда: Использование подобной лексики, адресованное конкретному человеку — это прямое оскорбление и унижение достоинства личности, требующее максимальной финансовой ответственности. Итог суда: кто и сколько заплатит? 1. С Б взыскано: 100 000 рублей морального вреда + 1 500 рублей госпошлины (за активные оскорбления, личные звонки с матом и сообщения в чате). 2. С В взыскано: 25 000 рублей морального вреда + 1 500 рублей госпошлины (за меньшую степень участия в травле). Интересная деталь: При определении размера компенсации суд учел и некорректное поведение самой истицы (которая советовала соседям «пить антидепрессанты»). Взаимная перепалка всегда снижает итоговую сумму выплаты. Главные уроки для участников общедомовых чатов: - Отсутствие мата не спасает от компенсации вреда. Даже без единого матерного слова регулярные уничижительные посты в чате мессенджера суд трак тует как причинение морального вреда. - Чаты мессенджеров — это публичное пространство. Наказание за конфликт на 500 человек будет значительно выше, чем за ссору тет-а-тет. - Оценивайте действия, а не личность. Писать «из квартиры № X шумно» — законно. Писать «в квартире № X живет неадекватная больная женщина» — дорого. - Аудиозаписи — полноценное доказательство. Все звонки и голосовые сообщения с матом легко проходят судебную экспертизу и становятся главной основой для взыскания денег.