Глава 34
Глава 34 Начало Предыдущая глава — Что случилось с тобой? — Аня бросилась закрывать комнату, где до сих пор спал Шурик и заметалась в поисках аптечки. — А это тесть мой ... Привык, что я его приказы выполняю беспрекословно, как раб. А тут решил ослушаться ... — Митька попытался улыбнуться разбитыми губами — ушёл я от них в чём был. Документы взял и немного денег на дорогу. На вокзал поехал, а меня там под руки, да в тачку. Били так, будто хотели совсем убить. Потом я отключился. Аня дрожащими руками снимала с брата пропитавшуюся кровью одежду. — Господи, за что? Нелюди просто — слёзы текли из её голубых глаз — Митька, Митька ... Не нужно было с Романцовыми связываться! Не нужно! — Чего уж теперь об этом — отмахнулся парень — Ярика вот только жалко. Без моего участия и с такой матерью кто из него вырастет? Если только дед свою руку не приложит и не вылепит из него своё подобие. Они же не дадут мне с сыном видеться! — Что вообще случилось-то? Ведь у тебя же хорошо всё было. Митька усмехнулся и с помощью сестры прилёг на тахту. — Ищейки моего тестя донесли о моей поездке на Курган. Там Олеська живёт с моей дочерью Динкой. Я хотел поговорить с ней ... Дочь увидеть — Митька прикрыл глаза — но у нас такой глупый разговор вышел, со взаимными претензиями, обидами. Что я уже и пожалел, что приехал к ней. — Ничего себе! Вот это Олеська забралась в такую даль? С Пантелеевым, что ли, всё-таки уехала? — Ты знала, да? — с горечью спросил Митька. — Не знала я ничего. Мать пьяная как-то звонила и рассказала. С тобой, по-моему, в этот день она поругалась — Аня обрабатывала мелкие ссадины и раны на теле брата — тебе бы в больницу нужно. Мало ли что отбить могли тебе. Митька рукой только махнул и провалился в сон. На попутках кое-как добрался до родного посёлка. Спасибо, добрые люди нашлись. Аня тихонько вышла на улицу, села на порожке и смотрела куда-то вдаль. Родителей больше нет. Одни они с Митькой, брат и сестра. Должны теперь друг за дружку держаться. А ведь у Митьки где-то родной отец имеется! Аня же помнила подслушанный разговор между отцом и матерью. Нет. Не расскажет она Митьке эту тайну. Её папка его воспитал. Пусть так и останется. Аня вдруг почувствовала приступ тошноты. Ах да ... Она же от Макса влетела. Нужно поскорее возвращаться в Москву и вызвать его на разговор. Она не собирается одна тянуть уже двоих детей. К вечеру Митька более-менее оклемался, и Аня, оставив с ним Шурика, побежала на почтамт, межгород заказать. Надо Машу предупредить, что задержится ещё на пару дней. Митьку не могла она бросить в таком состоянии. Маша её звонку обрадовалась, но с ходу огорошила печальной новостью. — У нашего Максима Витальевича жена умерла. В заключении написали — тромб. Он после похорон совсем сдал и на работу не выходит. Взял отпуск за свой счёт, может, так и не выйдет к нам в отделение. — Маргарита Павловна... умерла ....? — Аня снова почувствовала приступ дурноты. Даже в холодный пот бросило. — Умерла. Молодая вроде ещё. Зачем-то на другой конец Москвы поехала. Скорую вызвали к остановке, которая, кстати, недалеко от твоего квартала находится. — Что? — чуть ли не закричала в трубку Аня. В голове всплыли все слова, что она сказала Маргарите в тот день. Зажмурив глаза, Аня упёрлась ладонью в стену и пыталась сохранить равновесие. Её качало из стороны в сторону от сильнейшего головокружения, в глазах потемнело. — Я ... Я завтра же приеду — выдавила Аня из себя и повесила трубку на рычаг. Вокзал уже закрыт, придётся завтра рано утром туда дойти и узнать, есть ли билет до Москвы? На её плечи лёг огромный балласт вины. Ведь это она своими жестокими словами довела Маргариту до такого состояния! Как же теперь жить с этим дальше? Митька её решению не очень обрадовался. — Думал, побудешь ещё. Мне как-то спокойнее, когда я в этом доме не один. — А ты и не будешь один. Я Шурика с тобой оставлю, сможешь присмотреть за ним?