Свекровь ждала у подъезда. Сказала: гаси долги Кирилла маткапиталом — или внука не увид...
Свекровь ждала у подъезда. Сказала: гаси долги Кирилла маткапиталом — или внука не увидишь... Наталья поняла, что день не задался, когда увидела у своего подъезда знакомое драповое пальто. Зинаида Петровна стояла неподвижно, преграждая путь. Не мёрзла, не переминалась с ноги на ногу. Просто ждала. Наталья крепче сжала ручку сумки и пошла вперёд. — Здравствуй, Наташа. Не делай вид, что ослепла. От свекрови пахло лекарствами и жареными пирожками. Этот запах Наталья помнила слишком хорошо за пять лет брака с её сыном Кириллом. — Доброе утро, Зинаида Петровна. Я опаздываю. Если по поводу Кирилла — денег нет. Алименты он не платит, с него и спрашивайте. — Кирюшу прижали, — свекровь пренебрежительно отмахнулась. — Те люди, которым он задолжал, шутить не любят. Ему нужно полмиллиона до пятницы. — Это его проблемы. Мы в разводе два года. — Это проблемы семьи! — голос повысился, прохожие обернулись. — У тебя сертификат лежит на маткапитал. Мишутке три года исполнилось в январе. Можно использовать. Я нашла фирму — якобы покупка дачи, а деньги выдадут. Нам хватит закрыть долг. Наталья остановилась. Ветер обдувал лицо. — Вы предлагаете нарушить закон? Использовать детские деньги, чтобы Кирилл снова спустил их? Эти деньги — на ипотеку детям. Зинаида Петровна шагнула вплотную. Маленькие глазки сузились. — Ты, Наташа, не умничай. Не поможешь по-хорошему — заставим. Бабушка и отец имеют право видеть детей. Заберём Мишку на выходные, а там... недоглядим, заболеет, или вообще не захочет к маме возвращаться. — Только попробуйте подойти к детям, — тихо сказала Наталья. — Попробуем, милочка. Обязательно попробуем. На работе всё валилось из рук. Наталья знала эту семью: Кирилл слаб характером, но под влиянием матери и крепких напитков способен на любую подлость. В 16:15 телефон завибрировал. Звонила воспитательница младшей группы. — Наталья Сергеевна, вы не могли уточнить, когда папа вернёт Мишу?