Услышав, что беременна лишь для сделки, Аля сбежала. Но, придя в суд, бывший жених не п... — 7 сентября 2026 г. в 11:05:06.495
Услышав, что беременна лишь для сделки, Аля сбежала. Но, придя в суд, бывший жених не поверил своим глазам (часть 4) Аля упорно игнорировала все звонки, пытаясь сосредоточиться на себе и вернуться к хоть какой-то нормальной жизни. Она нашла временную подработку в небольшой флористической студии недалеко от дома, надеясь, что аромат живых цветов и спокойная, почти медитативная атмосфера помогут ей восстановить душевное равновесие, которое было так жестоко нарушено. Но беременность постепенно брала своё. Спина невыносимо ныла к концу каждого дня, ноги отекали, а дыхание сбивалось даже после самых незначительных усилий, напоминая ей о том, что она теперь несёт ответственность не только за себя. Именно тогда она начала чаще замечать Игоря. Бывший безопасник, который теперь жил в гостевом доме у Валентина Сергеевича, абсолютно не навязывал своего общества, не пытался завоевать её доверие напористостью или жалостью. Он просто появлялся в те самые секунды, когда был наиболее необходим, словно чувствовал это на расстоянии. Если она тянулась к тяжёлой вазе с водой или громоздкому ведру с цветами, его крепкие мужские руки молча, но настойчиво перехватывали груз. Если Аля бледнела, чувствуя слабость и опираясь на прилавок, рядом мгновенно оказывался стул и стакан с прохладной водой. Игорь не сюсюкал с ней, не смотрел со снисходительной, утомительной жалостью, в его скупых, но выверенных движениях читалось глубокое, молчаливое уважение к её состоянию и к её внутренней силе, которую она даже не всегда замечала в себе. Как-то вечером, когда они вместе возвращались домой после работы, Аля решилась задать мучивший её вопрос. — Почему вы всё время рядом? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал легко и беззаботно. — Я ведь для вас никто, вы не обязаны быть моей нянькой или личным телохранителем. У вас есть свои дела, и вы и так сделали для меня больше, чем я могла ожидать. Игорь, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги, которая уходила в туманный вечер, ответил спокойно и ровно, как будто говорил о чём-то само собой разумеющемся. — Я охраняю не вашу слабость, — сказал он, и в голосе его послышалась лёгкая, едва уловимая хрипотца. — Я оберегаю вашу силу. Это очень разные вещи, поверьте мне. Его слова заставили её на мгновение смутиться и покраснеть, и она поспешно отвела взгляд, чтобы он не заметил лёгкого румянца на её щеках. Этот мужчина был совершенно не похож на Артёма и на всех тех, кто пытался её купить или использовать. Он просто давал ей возможность дышать и чувствовать себя защищённой, не требуя ничего взамен. А вскоре жизнь преподнесла ей ещё один неожиданный сюрприз, который застал её врасплох в самый обычный день. На пороге её квартиры неожиданно появилась Вероника Василевская. Та самая дочь крупнейшего инвестора, которая должна была стать идеальной невестой Артёма и ради которой он предал свою любовь. Но сейчас она выглядела совершенно иначе, чем представляла её Аля. На ней не было привычных дорогих украшений, лицо осунулось, а в глазах плескалась такая же затаённая, глубокая боль, которую Аля привыкла видеть в своём собственном отражении в зеркале. Вероника узнала адрес Али через общих знакомых и решилась на этот разговор, понимая, что они обе оказались в одной ловушке. Вероника не стала ходить вокруг да около и тратить время на пустые любезности. Она села на краешек дивана, нервно сцепив руки в замок, и с места в карьер заявила: — Я не хочу выходить замуж за Артёма, слышите? — сказала она, и голос её дрогнул от отчаяния. — Мой отец видит в этом только слияние капиталов и усиление влияния, для него это чистая бизнес-сделка. Но я люблю совершенно другого человека, он художник, у него нет ни гроша за душой, и мой отец угрожает уничтожить его карьеру и стереть его в порошок, если я вдруг сорву эту помолвку. Я не знаю, что мне делать, и я просто отчаялась.