Хозяйка салона вернулась вечером, подозревая кражу. В подсобке сидел мальчик на полотен...
Хозяйка салона вернулась вечером, подозревая кражу. В подсобке сидел мальчик на полотенцах: «Только маму не увольняйте. Мы просто здесь ночуем» Марина замечала странности две недели. Тёплый чайник после закрытия. Коробочки лапши в мусоре. Полотенца не на тех полках. Оксана всё чаще отпускала администратора: сама выключит свет и поставит сигнализацию. В кассе недостачи не было. Но Марина уже сталкивалась с мелким воровством косметики и решила проверить. Нашла десятилетнего Артёма. Рюкзак, яблоки, зубную щётку. За стиральной машиной сушились носки. Оксана вошла с продуктами и призналась: почти две недели. Уходят рано, моются в фитнес-клубе — абонемент ещё действует. Из квартиры пришлось съехать из-за просроченной аренды. Марина отвезла их в пустующее мамино жильё. Разрешила месяц бесплатно, чтобы найти комнату. Когда Артём увидел ванну, не удержался от радости. Муж спросил потом, как работающая женщина с алиментами дошла до ночёвок в салоне. Марина рассердилась: беда есть беда. Но часть истории действительно оставалась скрытой. Оксана попросила аванс на новое жильё. Получила двадцать пять тысяч. Вскоре в салон пришёл её брат Денис. Услышав про племянника на полотенцах, он сам опешил. Предлагал сестре жить у него. В той самой квартире, откуда она съехала. Выяснилось: после развода у Оксаны были накопления. Денис просил сто тысяч на машину для работы, она перевела сто пятьдесят. Потом дала бывшему мужу сорок на якобы операцию. Тот в это время ездил отдыхать. Когда клиентов стало меньше, на аренду уже не осталось. Брат снял освободившуюся квартиру и звал вернуться, делить плату. Оксана отказалась: после помощи ему не могла примириться с ролью зависимой гостьи у него же. Теперь пятнадцать тысяч из аванса собиралась отправить матери. Долг за газ. С жильём снова разберётся потом. Марина сказала, что обещанный срок оставит. Но дальше решать семейные долги за неё не станет. Оксана обиделась. Марина тоже поймала себя на неприятном: ждала, что спасённый человек немедленно начнёт поступать правильно. Помощь уже пыталась превратить в право распоряжаться. Когда срок подошёл, залога опять не хватило. Пятнадцать тысяч всё-таки ушли матери. А та сама пришла в салон и вернула конверт. Газовый долг меньше восьми, через три дня пенсия. Она пожаловалась дочери, сравнила с соседскими детьми. Оксана услышала просьбу отдать всё. Денис продал машину и принёс семьдесят тысяч долга. Через Марину: сестра сама не брала, считала, что ему нужнее. Увидев конверт, Оксана уже потянулась звонить и возвращать. Остановилась. — Мне стыдно, когда помогают, — призналась она. — Будто всё провалила. А когда я помогаю, значит, чего-то стою. На этот раз деньги оставила. Сначала сняла комнату. Потом маленькую однушку. Брат постепенно вернул ещё часть. Мать оплатила газ сама. Бывшему мужу на кроссовки Оксана согласилась перевести половину после чека, а не просто по словам. Менялась трудно. Когда у Марины сломалось оборудование, сразу предложила свои отложенные сорок тысяч. Потом сама рассмеялась: опять. Позже Денис попросил двадцать. Оксана дала десять — столько могла позволить себе без новой беды для сына. Брат не обиделся. Артём теперь носил ключ от дома в рюкзаке. А последний остаток аванса Оксана вернула хозяйке сама. Марина по привычке предложила оставить себе — и встретила знакомый внимательный взгляд. Обеим ещё приходилось учиться принимать помощь и вовремя её останавливать. Подпишись на нас, чтобы не пропустить!