1840 год
1840 год Год начался дорогими деньгами, а кончился войной на другом конце света. С первого января в России все сделки стали считать в серебре, и бумажному рублю назначили твёрдую цену в три с половиной рубля за рубль металлом, какой он не знал двадцать лет. В Англии тот же год оказался годом расплаты за прежние увлечения: вывоз своих товаров упал с 53 до 51 млн фунтов стерлингов, казна тратила больше, чем собирала, а пшеница в среднем стоила 66 шиллингов 4 пенса за квартер. Разорённые штаты Северной Америки перестали платить проценты по своим займам, и половина лондонских домов дала себе слово больше не ссужать деньгами ни одно молодое государство. Зато именно в этом году обыкновенное письмо в Англии стало стоить один пенни и полетело по всей стране, а первый пароход, возивший почту по расписанию, пересёк Атлантику за 12 дней и 10 часов. В июне английский флот подошёл к китайским берегам, и началась война, которую вела не столько казна, сколько торговые дома, требовавшие плату за отобранный у них товар. А у перуанского берега в этом году впервые начали грузить на корабли птичий помёт, и вопрос о том, чем удобрять поле, стал вопросом больших денег. Год вывел две простые истины: деньги дорожают быстро, а доверие возвращается годами, и тот, кто нашёл новый товар или новый путь для старого, обошёл своего соседа. Мировое хозяйство и цена денег Металлом, на котором держался весь счёт, оставалось серебро. Рудники Мексики после войны за независимость работали полной силой, и по добыче эта страна обгоняла все прочие, но металл вывозили уже не испанские корабли, а собственные суда и английские торговые дома, и потому в Европе серебра было мало, а стоило оно дорого. Деньги в этом году стоили дорого. Английский банк после тяжёлой осени 1839 года держал учётный процент высоко, торговые дома сбавили обороты, и вексель купить стало труднее, чем годом раньше. Торговля от этого не встала, но выросла медленнее обычного: англичане вывезли своих товаров на 51 млн фунтов стерлингов против 53 млн в 1839 году, и падение это было первым за четыре года. Казна Англии собирала с табака, спиртного и пошлин почти столько же, сколько прежде: один акциз дал около 14 785 000 фунтов, то есть меньше, чем в 1839 году, и это тоже показывало, что народ стал меньше тратить. Государственные долги и отказы Главным счётом года сделалась расплата по чужим займам, взятым в двадцатых годах с большой надеждой. Молодые государства Южной Америки, Греция и Португалия прекратили платить проценты ещё прежде, и к 1840 году держатели их бумаг уже не ждали денег, а ждали только решения, кому предъявлять счёт. Теперь к ним присоединились штаты Северной Америки, и это было несравненно больнее, потому что американским займам верили как своим. К 1841 году из двадцати шести штатов девятнадцать выпустили облигации и обросли долгом, и девять из них не смогли платить: Арканзас, Иллинойс, Индиана, Луизиана, Мэриленд, Мичиган, Миссисипи, Пенсильвания и Флорида. Банки, бумага и размен на металл В Соединённых Штатах за разделение казны и банков взялись всерьёз. Четвёртого июля президент Ван Бюрен подписал закон о независимом казначействе: государственные деньги изымались из частных банков и хранились в собственных хранилищах, а казна переставала быть вкладчиком и кредитором торговых домов. Почта, пар и телеграф: скорость как товар Самое дешёвое изобретение года принадлежало не заводу и не банку, а почте. С десятого января 1840 года в Англии ввели единый пенни за письмо весом до полуунции, и платил теперь отправитель, а не получатель; с шестого мая в продажу поступила первая в мире почтовая марка с портретом королевы. Дело пошло не сразу: в первый год казна получила за письма меньше, чем прежде, потому что почта перестала брать плату по расстоянию. Зато число писем в том же году выросло вдвое, а через десять лет ещё раз удвоилось. Рельсы становятся имуществом