Неубиваемая улыбка: как Анастасия Романова умела шутить и верить в лучшее даже в заперт... — 27 сентября 2026 г. в 03:43:04.101
Неубиваемая улыбка: как Анастасия Романова умела шутить и верить в лучшее даже в запертой каюте поезда, увозившего её навстречу гибели. Долго считалось, что от личности младшей дочери Николая II не осталось ничего, кроме скупых официальных слов и мифа о чудом выжившей княжне. Но в отделе рукописей Российской государственной библиотеки, среди фондов дворцовых книг, нашелся предмет, который заставил иначе взглянуть на неё. Это был большой альбом с четверостишиями русских поэтов на каждый день года, подаренный Анастасии родителями в 1912-м. На сотнях страниц, рядом с фотографиями и рисунками, сохранились её собственные заметки, автографы друзей, офицеров, родни. Первая запись появилась в день рождения девочки 18 июня 1912 года, последняя — в ноябре семнадцатого. Через восемь месяцев её жизнь оборвется в подвале Ипатьевского дома. Трогательно и страшно читать имена тех, кто оставил пожелания юной княжне. Врач Евгений Боткин, фрейлина Анастасия Гендрикова, горничная Анна Демидова, офицеры Евгений Кобылинский и Александр Шведов, великий князь Павел Александрович. Многие из них разделили судьбу царской семьи, кого-то забрала революция, с кем-то Анастасию разлучили навсегда. В трудные месяцы, когда жизнь превратилась в череду лишений, этот альбом стал для неё чем-то вроде поминальной книги: перечитывая страницы, княжна мысленно возвращалась к любимым людям, которых уже не могла обнять. Сама Анастасия при этом оставалась самым обычным ребёнком, как будто не замечая своего императорского происхождения. Перед девятилетием она писала матери и просила в подарок игрушечные расчёски для кукол, пишущую машинку, икону Николая Чудотворца, наряд, альбом для наклеивания картинок, большую кровать, как у Марии в Крыму, настоящую собаку, корзину для бумаг и книгу, где можно записывать маленькие пьесы. Мечты сбылись почти все: были и наряд, и собака, и даже тот самый альбом, который потом пройдёт с ней через всю жизнь — от пышных дворцов до тобольской ссылки. Рождение четвёртой дочери встретили без ликования. Сестра царя Ксения записала в дневнике разочарование: «Аликс опять родила дочь! Боже мой!» Все ждали наследника, и только сам Николай, кажется, был по-настоящему счастлив появлению ещё одной девочки. Имя выбрали не из традиционного списка имперских имён, а по значению — с греческого оно переводится как «воскресение». Позже исследователи увидели в этом скрытую надежду родителей на то, что русская монархия ещё возродится вместе с долгожданным сыном. Сын действительно родился через три года. Только спасти монархию это уже не смогло. Внешне Анастасия меньше всех напоминала «русскую» красавицу: тёмно-русые волосы, синие глаза, как у отца и старшей сестры Ольги, а черты лица — скорее от материнской гессенской родни. Ростом она не вышла, и дома её дразнили «кубышкой», а за бесконечные проказы — «швыбзиком». Энергии в ней было через край. Фрейлина Анна Вырубова вспоминала, что уследить за этой девочкой не могли даже опытные няньки: Анастасия вечно куда-то лезла, пряталась, смешила челядь и гостей. Другая фрейлина, Софья Офросимова, рассказывала, как стоило великим княжнам войти в комнату, начинались возня и хохот, и заводилой неизменно оказывалась младшая дочь императора. Она часами крутила обруч, играла в лапту и фанты, забиралась на деревья и из чистого озорства отказывалась слезать. Любила раскрашивать сёстрам и фрейлинам щёки и носы косметическим кармином, вплетала в волосы цветы и ленты. Когда цесаревич Алексей болел и вынужден был лежать в кровати, Анастасия придумывала для него невероятные истории и могла развлекать его часами. Юлия Ден, близкая к императрице, говорила, что младшая княжна будто сделана из ртути, а не из плоти и крови. Она умела подметить смешное в любой ситуации и, если бы родилась не во дворце, из неё вышла бы великолепная комедийная актриса. Наставник цесаревича Пьер Жильяр считал Анастасию ленивой, но способной, признавая её настоящий талант к перевоплощению. Даже