Убить можно, сломить - никогда. В поддержку подписчице — 3 марта 2026 г. в 10:47:13.053
Убить можно, сломить - никогда. В поддержку подписчице Он ушел рисковать, она не осталась одна. С ним повсюду, храня его в сердце, она телом была далека, а душой - вместе. Время капало, медленно утекая вдоль по Реке по имени Жизнь. Но в какой-то момент он пропал, связь прервалась. СМСки стали лететь все чаще на Небо: где он, что с ним? Ответит ли, или это последнее сообщение хранить как память, как горстку заветной земли, как памятные подарки любимых ушедших? Месяцами она была мужественна и рыдала неслышно, в себя. Мы молились, чтобы - если возможно - он вернулся. Пусть не невредимым, и телесно не целым. Пусть о нем появилась бы хоть какая-то весточка. И мы ждали, как 40 лет ждали исхода пустынники. Он вернулся. В закрытой однушке. Под знаменами, стягами, лентами. Хоронили его вдалеке, ей пришлось долго ехать на похороны. А дорога домой была вовсе совсем бесконечной. Когда уходят самые дорогие Описать, что испытываешь, прощаясь с любимыми и дорогими - утопия. До меня это делали и великие, и бездарные. И на барском, и на языке подворотни. В рифму, белым стихом, прозой, под барабаны. Но никто никогда не выплачет всей гаммы чувств тех, кто прощается навсегда. Сомневаясь при этом: а не навечно ли? Мы не знаем, что ждет человека за рубежом. Ведь оттуда не возвращаются, чтобы с нами поговорить. Нет туда ни билета, ни визы. Проезд часто бесценный. Умереть ради долга или ради товарища - высшее, что может отдать всяк живущий. Но еще дороже, наверное, его подвиг дается тем, кто его провожает. Лично я помню проводы, помню боль. Думаю, как и большинство из нас. Всем почти доводилось. Но не все провожали красивых и молодых, что могли бы еще жить и жить, но выбрали жить вечно. Быть воином Говорят, что за каждым большим мужем стоит великая женщина. И в окопах многие сильны не в одиночку. Где бы ты не сражался - в раком корпусе, в заточении, или под пулями - те, кто любят тебя, стоят с тобой рядом в строю. Подносить снаряды можно словом, молитвой, надеждой. Веру и храбрость доставляют мессенджеры незримые, зашифрованные, и очень надежные. Я на собственном опыте это знаю: спасибо друзьям и читателям. И мне кажется, что нередко тот, кто подносит снаряды, не меньший воин чем тот, кто их заряжает в орудие. Да и раны, которых не видно, бывают самыми злыми. Они жгут, щиплют, режут где-то в груди. Но КТ, МРТ, и рентген совершенно бессильны: “Вы в полном порядке.” Уже ли? Тем не менее, воин не тот, кто стреляет, а тот, кто живет с осколками в теле. И она - не меньший воин чем он. Как жить дальше? Хорошо донатить советы, когда сам ты не знаешь цену страданиям. Нет, мы все что-то переживали, доводилось страдать. Но вот так же, как Иван и Елены - не каждый. Если можете, помяните его. И пожалуйста: обязательно помяните ее. Если он уже сдал свой главный экзамен, то ее бой в самом разгаре. Как быть с ворохом боли, куда впустить желчь, чем дезинфицировать гной? Что любить, чего ждать, кому плакаться? Ради чего просыпаться? С чем засыпать в холодной постели? Как ночами не просыпаться в кричащем поту? И почему же Небо нас не услышало? Почему его привезли, когда мы так надеялись, что он приедет? Может быть, для того, чтобы мы его проводили? Вместе, не порознь. В единении. Дружно. И чтобы все, кто услышит о нем, подарили частичку себя и своего сердца ей. Той, которая так ждала, что ему не пришлось даже выжить. Так, что он пал, но не смог умереть. И теперь уже навеки останется журавлем, молодым и красивым, бессмертным. Лена, мы с тобой. @izgermanii