м, Эдик, нам нужно поговорить. Наедине. - говорю я и иду в спальню.
м, Эдик, нам нужно поговорить. Наедине. - говорю я и иду в спальню. -Неблагодарная! - несется мне вслед,- Живешь тут в таком огромном доме на всем готовом, да еще и спрашиваешь, кто тебе поможет?! Это ты нам должна помогать! -Эдик, так больше продолжаться не может! - говорю я, когда за мужем закрывается дверь, - Давай переедем на съемную, того, что у тебя остается после оплаты кредита, вполне хватит на неплохую однушку! -Ты что, мне предлагаешь бросить мать? - визгливо кричит Эдик,- Она сделала для меня все и даже больше: вырастила, выучила, а я отплачу ей тем, что съеду на съемную??? -Но это нормально! - пытаюсь я воззвать к его разуму, - Взрослые дети отделяются от родителей, но это не значит, что родители теперь брошены на произвол судьбы. Мы будем часто приходить в гости, помогать с деньгами, убирать и готовить... -Ты даже сейчас не хочешь помочь ей деньгами! - кричит он, и в уголках его губ выступает белая пена, - Знаешь, сколько у нее останется, если она оплатит ЖКХ сама? -Вообще я хотела, чтобы ЖКХ оплачивал ты, - говорю я, - А я буду покупать продукты и ... -Нет, - рычит он,- Сейчас ты пойдешь и извинишься перед ней. И если она разрешит тебе, вот тогда и посмотрим... Заканчивается все тем, что я лезу в свой кошелек и достаю оттуда деньги на ЖКХ. Сквозь зубы извиняюсь (за что?) и ухожу обратно в спальню. Срываю с себя дурацкую юбку, украшения, протираю тоником лицо. Я провалила задание - то ли я плохая ученица, то ли из моего мужа бесполезно делать миллионера. В любом случае, сайт о женственности я больше не читаю. Не мое это, наверно. Суждено мне всю жизнь прожить с установкой "Я и баба, я и бык" - ведь это устраивает моих близких. А вообще у меня полное ощущение, что я замужем за султаном. И являюсь его второй, нелюбимой женой. С той женой, старшей, он проводит все свободное время, балует ее, любит и жалеет, советуется с ней. Я любимой женой никогда не стану. Остаток вечера я провожу, как всегда: уткнувшись в мягкую шерстку кота и слушая его успокаивающее мурчание. Уйдем, говоришь? Нам некуда идти - денег снова нет...