теплового накопителя может кратковременно выдавать до 500 МВт.
теплового накопителя может кратковременно выдавать до 500 МВт. Проект оценивается в 4 миллиарда долларов, половину из которых даёт Министерство энергетики США. Завершение намечено на 2030 год. С другой стороны, отрасль выучила важный урок: якорный заказчик должен быть платёжеспособным. Ранние попытки строить SMR для небольших муниципальных энергокомпаний упирались в то, что смета росла быстрее, чем тарифы, и заказчики просто не выдерживали роста цены. Именно поэтому новые американские проекты ориентируются не на города, а на гиперскейлеров — Microsoft, Amazon, Meta. У них есть деньги, долгосрочные горизонты и энергетический голод, который не утолить одними солнечными панелями. ⚙️ Великобритания: Rolls-Royce и его особый путь Британия пошла своим путём. Формально Rolls-Royce SMR мощностью 470 МВт не попадает под классическое определение SMR (до 300 МВт). Но компания продаёт его именно как модульный реактор, который можно собирать в цеху и масштабировать. Кстати, речь здесь не об автомобильной марке, а о британской инженерной компании Rolls-Royce, которая производит авиационные двигатели и энергетическое оборудование и десятилетиями строит ядерные реакторы для подводных лодок. Проект называется Gwyndod и расположен на острове Англси в Уэльсе. Планируются три реактора, которые вместе должны дать 1,4 ГВт мощности. В апреле 2026 года был подписан контракт на проектирование, а первая энергия ожидается в середине 2030-х. Окончательное инвестиционное решение, по словам представителей отрасли, ожидается в 2029 году. Британская стратегия — это промышленная сборка и «атомный ренессанс» вокруг существующих площадок. Но она самая долгосрочная: если Китай и Канада говорят о конце десятилетия, то Британия — о его середине. 🚢 Россия: плавучие реакторы и «Шельф» Россия в этой гонке идёт не совсем тем же путём, что Запад. У «Росатома» уже есть работающий коммерческий SMR — на плавучей станции, но сейчас компания масштабирует серию. В 2026 году завершено производство второго реактора РИТМ-200С мощностью 58 МВт для плавучего энергоблока ПЭБ-106. Всего на этом блоке будет два таких реактора. Он предназначен для снабжения энергией крупного медного кластера на Чукотке. Параллельно развивается проект «Шельф-М» — транспортируемого реактора мощностью 10 МВт для золоторудного месторождения на Чукотке. Это не «электричество для города», а энергия для конкретной промышленной задачи в месте, куда дизель завозить дорого и сложно. Российский подход показывает, что SMR — это не только про замену угольных станций в Европе. Это про энергетическую автономию в местах, где централизованная сеть либо отсутствует, либо ненадёжна. 📊 Экономика: цифры, которые отрезвляют Теперь к тому, о чём обычно говорят тише. SMR обещают дешевле и быстрее традиционных АЭС, но обещания — это не смета. По оценкам 2026 года, электроэнергия от SMR должна стоить примерно 55–110 евро за мегаватт-час. Для традиционных крупных АЭС этот диапазон выше — 80–130 евро. На бумаге модульные реакторы выглядят выгоднее. Но есть нюанс: эти цифры предполагают серийное производство и отлаженную цепочку поставок. Для первых проектов стоимость может оказаться выше примерно в полтора раза. А отдельные американские проекты в зависимости от схемы финансирования оценивались и того дороже. Капитальные затраты на киловатт мощности у SMR различаются в разы в зависимости от дизайна и степени зрелости технологии. Такой разброс — это не «Лего». Это конструктор, где детали ещё не стандартизированы, а производства только учатся их штамповать. ⚠️ Где настоящее узкое место Кажется, что главный вопрос — безопасность. Но современные проекты используют пассивные системы охлаждения: они работают за счёт естественной циркуляции и гравитации, без насосов и без оператора. С инженерией здесь всё в порядке. Проблема в другом — в топливе и в разрешениях. Многие новые реакторы требуют особого топлива — урана, обогащённого сильнее обычного. Обычные АЭС используют уран с обогащением до 5%,