продолжение
продолжение Ведущий: Учитывая все то, что вы сказали, то, что в Сербию приходит новое правительство, можете прокомментировать какой ваш прогноз будущего российско-сербских отношений? Выдержит ли они все это давление? К. Затулин: Я вообще считаю, что российско-сербские отношения все выдержат. В конечном счете. Мы были свидетелями того, как свергали Милошевича. Как приходили к власти силы, которые не вдохновлялись российско-сербскими отношениями. Я не имею ввиду даже Коштуницу, он занимал как бы некую среднюю позицию, но покойный Джинджич, понятно, был абсолютно прозападно ориентированный. И мы знаем, что от эйфории по поводу смены властей пришли к похмелью, к осуждению и даже к теракту, когда дело касается Джинджича. То есть на самом деле здесь в Сербии со временем люди, оценивая свой выбор, делают свои выводы. И, конечно, те, кто сегодня победили, они должны думать о будущем, думать, насколько прочна их победа. Любая победа через некоторое время порождает вопросы к победителям. Выполнили ли вы свои обещания, что вообще происходит и так далее. Это тест, тоже тест, самый главный тест на выживание. Что касается правительства. Сейчас мы не очень хорошо ориентируемся в том, а кто, собственно говоря, придет. По-моему, не только мы, но и в Сербии не все ясно с тем, кто будет кем. Нет явного лидера. Говорят, что первый номер в списке не стремится быть премьером. Впереди еще президентские выборы в январе месяце. То есть, конечно, какой-то период будет отпущен новой власти на то, чтобы организоваться. В состоянии она будет создать гомогенное правительство, правительство, которое действует как одна команда? Или это будет, как в известной русской басне - лебедь, рак и щука, и в разные стороны. Мы тоже были свидетелями этого в Сербии и в Югославии на протяжении 90-х и 2000-х годов. Поэтому мы в этом смысле ко всему готовы. Но я считаю, что с глубинной точки зрения и Россия, и Сербия, они, можно сказать, историей и своим родством обречены на отношения. И разные времена могут приходить, но в конечном счете это остается определяющим. Я в этом смысле неисправимый энтузиаст и оптимист. Ведущий: Можете совсем коротко прокомментировать, и в России недавно были выборы, и там ваша партия одержала очень такую ясную и четкую победу. Как вам это удалось? К. Затулин: Это произошло потому, что мы ведем, вы, конечно, знаете, уже пятый год Специальную Военную Операцию. И как раз в предвыборный период киевский режим, – в момент, когда все заговорили о том, что все-таки дело подходит к какому-то результату, – в этот момент решил, объявив ультиматум, добиться невозможного: чтобы население в России выступило против власти. Именно поэтому они изменили свою тактику, стали наносить удары. Они терпят поражение на фронте, но они при этом атакуют дальние цели, нефтеперерабатывающие заводы и так далее. Почему? Потому что они хотели бы, чтобы какие-то периодические очереди на бензоколонках в России из-за атак на НПЗ стали аналогом хлебных очередей 1917 года и Февральской революции в Петрограде. Чтобы население выступило против власти. Это абсолютно нереалистичный план. По двум хотя бы причинам. Первая из них состоит в том, что Владимир Владимирович Путин – это не Николай II при всем уважении. Не Николай II, которого я знаю, есть за что уважать в Сербии. Но Владимир Путин отрекаться от власти, уходить от своей ответственности не будет. И второе. Когда в 1917 году все это происходило, тоже шла война. И был целый спектр политических сил. От большевиков, которые хотели весь мир до основания разрушить, до окружения Царя, которое хотело его поменять на кого-то другого. В результате они свергли Николая, а вместе с ним распалась Российская империя. Сейчас нет тех политических сил в России, которые способны были бы аккумулировать какое-то недовольство, претензии населения, выставить счет власти и так далее. Их нет. Те, кто против Путина, они уже теперь стали релокантами, в том числе и здесь в Сербии они есть. Они проголосовали ногами. далее