Заменяя генерал-губернатора Н.Н. Муравьёва-Амурского на его посту в 1860 году, Михаил С... — 6 июля 2026 г. в 00:06:46.467
Заменяя генерал-губернатора Н.Н. Муравьёва-Амурского на его посту в 1860 году, Михаил Семёнович временно возглавлял совет Института. В пасхальные дни он писал матери о своем одиночестве и тоскливом настроении, но при этом заметил: «Я успел съездить в Институт к своим временным деточкам и с ними разговелся, с начальницей Института госпожой Быковой мы большие друзья». Позже, уже став «главным местным начальником», Корсаков неизменно был внимателен к Институту. Михаил Семёнович часто делал визиты директрисе института А.П. Быковой, с которой находил взаимопонимание по многим вопросам. Корсаков, как некогда основатель Института В.Я. Руперт, вникал и в мелочи жизни Института, например, обсуждал с начальницей план сада, устроенного «с горными рощами и излучистыми дорожками». Отголоски звучавших тогда споров слышны в письме Быковой, посылавшей ему этот план с замечанием: «Поэзия и практическая жизнь идут в нем рука об руку, даже и огород, который смущал вас при нашем совещании, и тот нашел себе уютненькое местечко, откуда, не нарушая общей гармонии сада, он будет приносить свою дозу пользы заведению». Генерал-губернатор даже приглашал воспитанниц и классных дам Института на свою дачу, которая была для него местом отдыха и приема личных гостей. Сестра начальницы Иркутского института В.П. Быкова не раз отмечала в дневнике, что институтки и воспитательницы веселились на "Звездочке" или "Добрый Михаил Семенович тешит наших воспитанниц, выпущенных 30 июня. ...Там весело, там пляшут, павильон на заимке освещен". Постройка дачи на берегу Ангары была попыткой создать некое подобие далекого любимого Тарусова. Выросши в имении и часто бывая там и в молодости, Михаил Семенович с нежностью вспоминал Тарусово как райский уголок. Любовь к природе и воспоминания о родительском доме выразилась в стремлении Корсакова и в Сибири создать такой уютный уголок, где можно было обустроить палисадники, выращивать цветы, занимаясь полезным трудом, к которому с детства была расположена душа. В первые годы сибирской службы семью Михаилу Семёновичу заменяли двоюродный брат Н.Н. Муравьёв и его супруга. Екатерина Николаевна покинула Сибирь по состоянию здоровья ещё в 1855 году. Особенно тяжело Корсаков переживал отъезд из Сибири Николая Николаевича в 1861 году. Именно тогда в его письмах особенно остро стала звучать тема одиночества. «И приеду я в Иркутск опять один-одинешенек, останусь в этом огромном для холостого человека доме, так мало в будущем поэзии, что и думать не хочется» - писал он матери. В последующих письмах того же 1861 года слышится гораздо больше оптимизма: «Последнее время в Иркутске отдохновением мне служила строющаяся дача на берегу реки Ангары, которая была названа Звездочкой в память удавшихся звездочек во время фейерверка, бывшего у меня там в начале июня при обновлении тер[р]асы уже готовой и на которой тогда танцовали». С тех пор упоминания о «Звездочке» в письмах стали регулярными: «На «Звездочке» ни печки, ни камина, а два дня идет дождь. Делаю камин. Езжу каждый день на несколько часов»; «Дачу отстроил наполовину - без отделки. Езжу иногда порубать и потесать»; «Живу на «Звездочке», чудо как мила», а в 1865 году родным был даже послан «альбом с видами моей «Звездочки». #МСКорсаков200