Мы начали спускаться по горизонтальному стволу на нижний уровень. Идти там было невозмо...
Мы начали спускаться по горизонтальному стволу на нижний уровень. Идти там было невозможно — приходилось спускаться, словно обезьяна, цепляясь руками и ногами за сосновые крепления и перебираясь от стойки к стойке. Облака угольной пыли окутывали вас. Проходы были разделены брезентовыми занавесами, которые уменьшали ужасный спуск. У нас ушло полтора часа, чтобы преодолеть этот зигзагообразный спуск. Шахтёрам приходилось делать это каждый день, когда они приходили на работу; они говорили, что у них это занимало пять минут, но мы им не поверили. Освещения не было, кроме света от ламп на наших касках. Проходы были узкими и без настила. Наши руки, одежда, лица и глаза были полностью покрыты угольной пылью, которую мы также выкашливали из лёгких. В конце штрека мы увидели шахтёров, которые кирками откалывали уголь. Там были буровые отверстия для выхода воды и газа, а также отверстия для зарядов динамита. Мы пошли обратно через воду, которая доходила нам до лодыжек, к лифту на нижнем уровне и столкнулись с рабочими ночной смены, которые только приходили на работу. Наверху мы присоединились к дневной смене в душевых. Когда мы вернулись в гостиницу, все были совершенно без сил и сразу уснули. В полночь в мою дверь громко постучали. Я открыл её и увидел трёх молодых рабочих — совершенно бодрых и улыбающихся. — Завтра вы уезжаете из Горловки, — сказал один из них, — а вы даже не видели нашу новую станцию безопасности. — Мы очень устали. — Спать вы всегда успеете, а, возможно, больше никогда не окажетесь в Горловке. Я поднял всех, и мы оделись и отправились на станцию безопасности, а Грейс записала в блокнот американского представителя точное количество вагонов, грузовиков и кислородных баллонов — новых и старых; количество работающих и добровольцев; количество обслуживаемых шахт и расстояние до них в километрах от станции безопасности; количество врачей и интернов, прикреплённых к станции; описание химической лаборатории, а также то, сколько минут и секунд проходит от момента подачи сигнала тревоги до прибытия работников станции безопасности на шахту. Трое молодых рабочих, которые разбудили нас, были очень рады нашему визиту. Они подарили нам свои фотографии с тёплыми товарищескими надписями и попросили приехать снова через пять лет, чтобы увидеть невероятные улучшения, которые планировалось осуществить. Из-за их гордости своей работой мы пропустили поезд на следующее утро, сели на более поздний и прибыли в Артёмовск глубокой ночью. В этом городе с населением в полмиллиона человек не оказалось свободного гостиничного номера, но работники железнодорожной станции приютили нас у себя дома. Днём мы посетили соляную шахту, названную в честь украинского поэта Шевченко".