Сегодня в литературной рубрике "Корсунской копи" у нас будет небольшой рассказ советско...
Сегодня в литературной рубрике "Корсунской копи" у нас будет небольшой рассказ советского и российского драматурга Ирины Ивановны Ирошниковой "Анна Маслова". Был он опубликован в № 130 (3159) "Литературной газеты" за 3 ноября 1953 года. Речь тут ведётся об Анне Масловой. Горловчанке, которая работала на Чиркикском электрохимическом комбинате. Именно в узбекистанский Чирчик в своё время была эвакуирована часть Горловского азотно-тукового завода (сегодня - ГП "Стирол"). Вы верно всё понимаете, на этом предприятии выпускались удобрения. Нам же интересна судьба одной горловчанки, благодаря которой тамошний "электрохим" стал передовым предприятием. Читаем: "— Вот начнешь о себе рассказывать, и как будто нечего, а на самом деле столько было всякого, — говорит Аня Маслова, заплетая косы. Волосы у нее густые, каштановые, с мягким блеском, с чуть рыжеватым отливом. Аня гладко, на пробор, причесывает их, укладывает сзади тяжелыми косами. Незатейливая эта прическа удивительно гармонирует со всем ее обликом: нежным овалом лица, с карими, задумчивыми глазами, белым воротничком на темном платье. — В общем, я не мечтала работать на заводе. Думала стать учительницей. — Аня смотрит в окно, не пришла ли машина. День за окном осенний, хмурый. Ветер гонит вдоль тротуара сухие листья, раскачивает деревья. Вдалеке, на фоне серого неба — очертания завода. Аня — аппаратчица Чирчикского электротехнического комбината имени Сталина. О ней недавно писала «Правда»: «Аня Ивановна Маслова выступила инициатором социалистического соревнования за отличное ведение технологического процесса и за выпуск на этой основе дополнительного количества минеральных удобрений». Министерство направило Аню вместе с главным инженером Чирчикского комбината тов. Бурлаченко и председателем завкома тов. Саратовским для обмена опытом на Сталиногорский химкомбинат. И вот мы с Аней сидим в неуютном номере одной из сталиногорских гостиниц, ожидая машину, чтобы ехать на завод, и разговариваем. — Простая моя биография и короткая, — негромко вздыхает Аня, — никаких особых событий в ней нет. Голос у нее грудной, чуть глуховатый, интонации сдержанные. Жила в Горловке у дяди, училась в школе — война: дядя ушел на фронт… — Мы с теткой и малышами уехали в Среднюю Азию, в город Чирчик. Там поступила работать на завод… Так мне трудно все поначалу давалось! — Аня умолкает на миг. — Приняли меня в комсомол, вступила в партию. Что вам еще сказать? В этом году без отрыва закончила среднюю школу. Поступила на третий курс техникума. Все! Аня задумывается. Потом продолжает: — Никогда не забуду, как я первый раз пришла на завод. Время какое было, сами знаете. Сводки плохие с фронта. Писем от дяди нет. Настроение тяжелое. Жили трудно, голодно, холодно, а у нас с теткой трое маленьких на руках, третью только что схоронили. Дядя ее и не видел, она без него уже в Чирчике родилась… Стою я у проходной, жду пропуска, и дрожь меня берет, то ли от холода, — зима была, — то ли от страха. А завод за воротами гудит, гудит… И что меня ждет впереди, не знаю… Аня рассказывает о Чирчике, и в моей памяти возникают занесенные снегом улицы сибирского городка; проходная того завода, на котором работала и я в войну; фигурки девушек и ребят у проходной. В отцовских ватниках и спецовках, в шинельках ремесленников, как и Аня, приходили они на наш завод, на другие заводы. Как и Аня, принимали на свои полудетские плечи ответственность за страну. Аня говорит о себе, а мне почему-то кажется, что рассказывает она и о них так, как будто ее судьба в чем-то повторяет и продолжает их судьбы… (продолжение ⬇️)