Новый полпред президента в ДФО Олег Кожемяко, судя по первым шагам, не намерен начинать...
Новый полпред президента в ДФО Олег Кожемяко, судя по первым шагам, не намерен начинать работу с масштабной кадровой перестройки. Вместо этого он выстраивает дифференцированную систему отношений с губернаторами, в которой сохранение должности будет зависеть не только от результатов управления, но и от готовности пересмотреть прежние аппаратные договорённости. При этом сам Кожемяко оказался в выгодном положении: федеральное повышение не лишило его опоры в Приморье. Назначенный врио губернатора Константин Шестаков получил публичную поддержку нового полпреда, а передача власти внутри действующей команды позволила сохранить регион в сфере его влияния. Эта кадровая конструкция задаёт тон всему дальнейшему взаимодействию с дальневосточными руководителями. Первым объектом внимания за пределами Приморья стала Камчатка, где положение Владимира Солодова выглядит наиболее уязвимым. Его политическая карьера во многом связана с Юрием Трутневым: именно при прежнем полпреде он работал в аппарате ДФО. Смена куратора означает потерю важного федерального посредника. При этом Кожемяко хорошо знаком с Камчаткой, её логистическими проблемами, рыбной отраслью и местными элитами. Поэтому вопросы северного завоза и транспортной доступности могут стать не только предметом хозяйственного контроля, но и инструментом оценки эффективности губернаторской команды. Дополнительный контекст создают экономические связи семьи Кожемяко с местным рыбопромышленным бизнесом и накопленные претензии к организации коммунальной работы. Иная ситуация складывается в Хабаровском крае. Дмитрий Демешин располагает собственным силовым и федеральным опытом, поэтому его положение меньше зависит от наследия команды Трутнева. Здесь вероятнее формирование отдельного формата взаимодействия, основанного на согласовании приоритетов, а не на пересмотре губернаторского статуса. Сложнее выглядит сахалинский расклад. Валерий Лимаренко сменил Кожемяко на посту губернатора в 2018 году и за это время сформировал собственную систему управления. Его связи с атомной отраслью и Сергеем Кириенко обеспечивают дополнительные аппаратные гарантии. Поэтому даже при заинтересованности нового полпреда в кадровых изменениях немедленная отставка маловероятна. Более реалистичный сценарий — постепенное ограничение самостоятельности Лимаренко в кадровых вопросах и распределении влияния. В Амурской области Василий Орлов имеет преимущество прежнего знакомства с Кожемяко, при котором работал в региональном правительстве. Однако это не означает автоматического сохранения прежних условий: за время губернаторства Орлов сформировал собственные связи и интересы. Приамурье станет проверкой готовности нового полпреда договариваться с действующими руководителями. В Забайкалье Александра Осипова, напротив, может ждать более высокая вероятность ротации: состояние региона позволяет обосновать кадровое решение необходимостью повышения управленческой эффективности. За персональными перестановками просматривается более масштабная задача — пересмотр распределения влияния на инвестиционные проекты, инфраструктурные приоритеты и традиционные отрасли Дальнего Востока. Для бизнеса это означает изменение условий доступа к региональным ресурсам, а для губернаторов — необходимость заново согласовывать отношения с федеральным центром. Таким образом, Кожемяко, вероятно, будет менять не столько состав губернаторского корпуса, сколько правила его функционирования. Одни руководители сохранят должности, но уступят часть кадровых и управленческих полномочий; другие столкнутся с перспективой ротации. Одна-две отставки весной 2027 года могут закрепить новую конфигурацию. Главный критерий для губернаторов теперь — не принадлежность к прежней команде, а способность встроиться в систему, которую формирует новый полпред.