«Я понял, что теперь в нашей жизни изменится все»: сегодня выдающемуся кинорежиссеру Эл... — 9 июля 2026 г. в 09:03:17.127
«Я понял, что теперь в нашей жизни изменится все»: сегодня выдающемуся кинорежиссеру Элему Климову исполнилось бы 93 года. Мы решили, что лучше всего в этот день будет рассказать о том, чего об Элеме не знает никто. Специально для «Культурного шока» о режиссере-легенде вспоминает его сын, журналист Антон Климов. Часть I Созданный папой в соавторстве с Алесем Адамовичем фильм «Иди и смотри» приобрел поистине культовый мировой статус в последние годы и стал едва ли не самым обсуждаемым советским фильмом в западном интернете, а споры о его эпохе на посту первого секретаря Союза кинематографистов до сих пор не утихают в отечественном культурном пространстве. Мое взросление как раз совпало с победой «Иди и смотри» на ММКФ, началом перестройки и избранием отца на V съезде кинематографистов СССР. В 1985-м году я впервые осознал, что теперь в нашей жизни все изменится, когда на моих глазах отцу, стоя, аплодировал весь Московский кинофестиваль. Еще яснее это стало почти год спустя - на утро после избрания отца первым секретарем CК СССР на V съезде. Накануне он вернулся поздно, и мы с бабушкой не знали, что произошло. Но обнаружили на кухонном столе записку: «Приказ номер один – разбудить в 9.30». И это были действительно большие перемены. В то время не только у нас на Фрунзенской, но и повсюду с утра до ночи шли яростные споры и упоминалось огромное количество запрещенных «хулиганских имен». Мне было только 13, но я уже понимал, что некоторые картины не висят на стенах, а лежат на полках… После триумфа папа много разъезжал по миру. Летом 1986 года его 53-й день рождения совпал с работой в качестве главы жюри кинофестиваля в Карловых Варах. Стоит ли говорить, что Элем Климов был главной звездой происходящего, и весь фестиваль нарезал круги вокруг таинственного моложавого реформатора советского кино, сумевшего достать с тех самых полок самые скандальные и запрещенные в СССР картины. Мне же было всего тринадцать, и этот всеобщий ажиотаж вызывал перманентный восторг. Сам день рождения стал главной вечеринкой фестиваля с огромным количеством гостей, прессы, кино- и телекамер. Мы с отцом сидели рядом, щурясь от постоянных фотовспышек. Но, увы, кроме гостей, приглашенных на день рождения, за столом незримо присутствовал и невидимый постороннему глазу большой любитель банкетов творческой интеллигенции враг рода человеческого. И, когда отец встал провозгласить благодарственный тост, коварный Люцифер за какую-то долю секунды успел нашептать мне, что сочетание белоснежного костюма с бокалом красного вина у отца в руке – это классика, которую нельзя не отметить. Убрав из под отца стул. Вы легко можете представить себе грациозное приземление именинника с бокалом красного на пол. Могу сказать, что это был один из самых страшных и позорных дней моей жизни. Я провел этот вечер в полном одиночестве в гостиничном номере, терзаемый жесточайшими угрызениями совести. Как отец смог простить меня, до сих пор не знаю. Подпишись на «КУЛЬТУРНЫЙ ШОК»