⚡️ В этой истории с налетом дронов на Москву меня больше всего занимает даже не сам фак... — 18 июня 2026 г. в 08:52:56.831
⚡️ В этой истории с налетом дронов на Москву меня больше всего занимает даже не сам факт удара, а та истеричная, почти паническая реакция, которая резко контрастирует с абсолютно будничным восприятием аналогичных атак на другие регионы страны. Я смотрю на заявления некоторых публичных лиц, на эмоциональные посты в социальных сетях и откровенно не понимаю: а чего вы, собственно говоря, ждали? На дворе уже не первый и даже не второй год идет полноценная война с государством, которое обладает развитым военно-промышленным комплексом и поддержкой западных союзников, а вы удивлены тому, что беспилотники могут долететь до столицы? Это звучит как какая-то удивительная наивность, граничащая с оторванностью от реальности. Ведь если посмотреть на карту происходящего, то становится очевидно, что линия фронта уже давно не является непреодолимой преградой. Дроны противника регулярно фиксируются и сбиваются в глубоком тылу, они долетают до объектов, находящихся за две тысячи километров от украинской границы. Разрушения и жертвы фиксируются в Брянской, Курской, Белгородской областях практически каждую ночь. Там сбивают сотни аппаратов, но в информационном поле это воспринимается как суровая, хоть и неприятная, данность войны. Там не возникает вопроса о том, «почему мы не отвечаем», или истеричных призывов к немедленным карательным акциям. Все привыкли, что прифронтовые города живут под сиренами, а власти отчитываются о подавлении угроз будничным тоном. Но как только речь заходит о Москве, вся эта картина рушится. Внезапно, на пятый год военных действий, просыпается запоздалое осознание того, что война — это нечто большее, чем сухие сводки из Министерства обороны о взятии очередного населенного пункта. Нет, оказывается, война может прийти на улицы столицы. И это открытие вызывает такой громкий вопль, что заглушает даже звуки работы ПВО. Самое стремное во всей этой ситуации, как мне кажется, заключается даже не в самих беспилотниках, а в том, как на фоне этого налета начинает переформатироваться информационная повестка. Мы видим, как снова начинают форсировать новости о приезде в Россию западных эмиссаров вроде Кушнера и Уиткоффа, будто бы это срочное рандеву должно решить все проблемы разом, пока дым от упавших «обломков» еще не рассеялся. По телевизору, словно в насмешку над происходящим, в блоках новостей крутят рекламу фильма «Холоп», где речь идет о перевоспитании избалованного человека, — и эта картинка, с кадрами разрушений, выглядит настолько сюрреалистично, что становится тревожно за адекватность восприятия реальности. Блогеры и военкоры, которые всегда остры на язык, как по команде начинают требовать нанести ответные удары по критической инфраструктуре, по центрам принятия решений в Киеве, по правительственным кварталам. Они, безусловно, правы: война — это жестокая штука, и логика симметричного ответа требует бить по тем, кто бьет по нам. Но есть одно «но», которое многих пугает гораздо сильнее самого налета. Ничего из этого не будет. Мы знаем этот сценарий, как «Отче наш». Каждый раз после громких атак на нашу территорию звучат гневные обещания, говорят про цели в центре Киева, про адреса производств в Канаде, но в итоге все ограничивается ударами по окраинным теплоэлектростанциям или складам ГСМ в глубине фронтовой зоны. И это бездействие, эта запрограммированная сдержанность пугают гораздо больше, чем любой украинский беспилотник. Потому что это демонстрирует слабость или нерешительность, которые враг уже давно раскусил и использует против нас. А ведь вчера были нанесены удары по гражданскому автобусу в Брянской области, в Белгороде пострадали водители грузовиков, которые мирно двигались по своим маршрутам. Каждый раз мы возмущаемся, обещаем возбудить уголовные дела по фактам терактов, но это лишь бюрократическая профанация, которая никого не останавливает.