— В названиях всех трех ваших книг есть слово «чувство». Насколько эмоции важны лично д...
— В названиях всех трех ваших книг есть слово «чувство». Насколько эмоции важны лично для вас? — Когда первая книга была собрана и пришло время давать ей название, я понял, что для меня самое главное и ценное в этих деталях — именно чувства, которые через них сообщают нам авторы. Им не всегда хватало мастерства, но чувств было с избытком. Эти детали зачастую далеко, высоко, их не видно с земли. Но когда благодаря современной технике мы сегодня открываем их для себя, тоже испытываем чувства. Поэтому книги и про наши чувства тоже. — Не водите ли вы экскурсии? Если водите, о чем на них идет речь? — Да, были такие опыты, но правильнее их все же назвать не экскурсиями — скорее пленэрными презентациями с книгой. Конечно, с какими-то комментариями, информацией — за время этой работы я много чего узнал. Но главное в этих пленэрах было то, что книга буквально делает видимыми детали, которые невозможно увидеть с земли. Однажды на такую экскурсию принесли неслабый бинокль, так оказалось, что через него детали видны гораздо хуже, чем в книге. — Какой фасад в Петербурге для вас самый смешной и самый лирический? — Могу сказать не про весь фасад, а про детали. Смешные — на Летнем дворце Петра, на Михайловском замке со стороны Летнего сада, на доме для сотрудников Института экспериментальной медицины на Каменноостровском, 69, на Ропшинской, 24, йоги-сатиры на Фонтанке, 191. Много юмора в деталях Выборга, немало в деталях Москвы. А лирические — это, пожалуй, с кентавром на Литейном, 47, дама на Литейном, 12, дама с цветком в волосах на Кронверкском, 61. — Есть ли детали, присущие только Петербургу, которые не встречаются в других городах? — Я могу сказать только в сравнении с Москвой и Выборгом. Весной в этой серии вышла моя книга «Выборг. Чувства в деталях» и недавно еще две карманные книжки — «Сафари в Петербурге» и «Сафари в Москве». По ним получается, что петербургские эндемики — это жуки, пауки, мухи, лягушки. В общем, болотные жители. — Есть ли такие объекты, что приносят удачу? — Так все они приносят удачу. Мне кажется, когда человек встречается с чем-то, над чем поработал, чему отдал силы, энергию, чувства, — это всегда какой-то хороший сигнал жизни, добрый знак. Беседовал: Михаил Борисов, специально для сообществ Лахта Центра Фото: архив сообщества «Чувства в деталях» 1. Петербург. Ангел на Александровской колонне, 1834 г. Скульптор Борис Орловский (Смирнов) 2. Петербург. Набережная Фонтанки, 191. Доходный дом С.Х. Подобедова, 1871 г. Архитекторы К.И. Лоренцен, А.Г. Шкляревич 3. Петербург. Миллионная улица, 5. Ваза на ограде Мраморного дворца 4. Петербург. Кронверкский проспект, 61. Доходный дом Г.Г. фон Голи, 1901-1902 гг. Архитектор Г.Г. фон Голи. Дама с цветком в волосах 5. Андрей Мархотин 6. Петербург. Гороховая улица, 5. Жилой дом, 1904 г. 7. Петербург. Летний сад, Летний дворец Петра I. Архитектор Доменико Трезини, 1714 г. Рожденная из морской пены Венера в сопровождении Амура 8. Петербург. Невский проспект, 28. Валькирия со швейной машинкой на доме компании «Зингер», 1904 г. Скульптор Амандус Адамсон. В настоящее время – Дом книги 9. Петербург. Ропшинская, 24. Доходный дом П.Н. Пчёлкина, 1910-1911. Гражданский инженер Н.И. Товстолес