Тело всякой питающейся вещи непрерывно умирают и беспрерывно рождается вновь; ибо пища ...
Тело всякой питающейся вещи непрерывно умирают и беспрерывно рождается вновь; ибо пища войти может только туда, откуда прежняя пища вышла, и, когда она вышла, жизни больше нет, и, если пишу исчезнувшую не возместить таким же количеством новой, жизнь лишится своего здравия, и если ты их этой пище лишишь/ вовсе/, то жизнь вовсе окажется разрушенной. Но если будешь возмещать столько, сколько разрушается за день, то будет вновь рождаться столько жизни сколько тратится, наподобие света свечи, питаемого влагой этой свечи, который благодаря весьма быстрому притоку снизу, непрерывно восстанавливает то, что наверху, умирая, уничтожается и, умирая, из блестящего света в тёмный обращается дым; смерть эта беспрерывна, как беспрерывен и этот дым, и беспрерывность этого дыма-та же, что беспрерывность питания, и мгновенно свет весь мёртв и весь родился вновь, вместе с движением пищи своей.*