18 июня 1988 года - в 25 номере журнала «Огонёк» впервые в центральной печати было опуб...
18 июня 1988 года - в 25 номере журнала «Огонёк» впервые в центральной печати было опубликовано стихотворение Александра Башлачева «Грибоедовский вальс» с комментарием Булата Окуджавы: «Незнакомый молодой поэт должен приходить в литературу не с гладким чемоданчиком аккуратно подогнанных стихов, а с мешком, набитым острыми гвоздями, которые выпирают в разные стороны и задевают меня и ранят, и его боль становится моей болью. Он говорит об окружающем меня знакомом мире знакомыми словами, но расположенными в необычных сочетаниях, отчего конструкция этого мира предстаёт передо мной объёмной. Он открывает мне многослойный смысл явлений и такие глубины, под которыми не пустота, а новый смысл. Тогда, пораженный его зоркостью, я кричу, плачу вместе с ним и вместе с ним ликую, потому что его мир становится как бы моим. Так я воспринял стихи А. Башлачёва, поэта незнакомого, но истинного, сказавшего свое слово с подлинным вдохновением и неугасающей болью». (Огонёк. 1988. №25. С. 24.) Грибоедовский вальс В отдалённом совхозе «Победа» Был потрёпанный старенький «ЗИЛ», А при нём был Степан Грибоедов, И на «ЗИЛе» он воду возил. Он справлялся с работой отлично, Был по обыкновению пьян. Словом, был человеком обычным Водовоз Грибоедов Степан. После бани он бегал на танцы. Так и щупал бы баб до сих пор, Но случился в деревне с сеансом Выдающийся гипнотизёр… На заплёванной маленькой сцене Он буквально творил чудеса. Мужики выражали сомненье, И таращили бабы глаза. Он над тёмным народом смеялся. И тогда, чтоб проверить обман, Из последнего ряда поднялся Водовоз Грибоедов Степан. Он спокойно вошёл на эстраду, И мгновенно он был поражен Гипнотическим опытным взглядом, Словно финским точёным ножом. И поплыли знакомые лица, И приснился невиданный сон: Видит он небо Аустерлица, Он не Стёпка, а Наполеон! Он увидел свои эскадроны, Он услышал раскаты стрельбы, Он заметил чужие знамёна В окуляре подзорной трубы. Он легко оценил положенье И движением властной руки Дал приказ о начале сраженья И направил в атаку полки! Опалённый горячим азартом, Он лупил в полковой барабан. Был неистовым он Бонапартом — Водовоз Грибоедов Степан. Пели ядра, и в пламени битвы Доставалось своим и врагам. Он плевался словами молитвы Незнакомым французским богам. Вот и всё. Бой окончен. Победа. Враг повержен. Гвардейцы, шабаш! Покачнулся Степан Грибоедов, И слетела минутная блажь. На заплёванной сцене райклуба Он стоял, как стоял до сих пор. А над ним скалил жёлтые зубы Выдающийся гипнотизёр… Он домой возвратился под вечер И глушил самогон до утра. Всюду чудился запах картечи И повсюду кричали «Ура!»… Спохватились о нём только в среду. Дверь сломали и в хату вошли. А на них водовоз Грибоедов, Улыбаясь, глядел из петли. Он смотрел голубыми глазами. Треуголка упала из рук. И на нём был залитый слезами Императорский серый сюртук… ________ Александр Башлачёв Грибоедовский вальс Примечание: Текст написан автором в 1983 году, более точная датировка неизвестна; но известно, что стихотворение было написано после выступления в Череповце Анатолия Кашпировского. В ранней редакции авторского исполнения первая строчка звучала как: «В гараже при совхозе «Победа»...» Интересна история последней строчки стихотворения: «...Императорский серый сюртук» — в ранней редакции цвет сюртука был красный. И действительно, парадные сюртуки были красные, но вошедший в историю походный сюртук Наполеона был серый — цветом он был похож на Маренго, любимого жеребца императора. Литературный Клуб Марии Авериной