умудрялись проработали на этой унизительной, как казалось на тот момент, должности по п... — 9 июня 2026 г. в 16:50:00.388
умудрялись проработали на этой унизительной, как казалось на тот момент, должности по пять, а то и десять лет. И это было достойно подвига, ведь стоило вчерашним выпускникам повязать на себя пионерский галстук, как каждый второй из учителей норовил им тыкнуть, а каждый третий из школьников гавкнуть. Между прочим, тот, кто думает, что в обязанность этой, теперь уже антикварной должности, входила лишь так называемая “пионерская работа” — то есть, организация и соблюдение всевозможных политических мероприятий, посвящённых прославлению действующей власти и упрочнению в умах учащихся всей этой политической пропаганды Единственного Верного учения; – тот заблуждается. Во-первых, пионерская организация уходит корнями в скаутское движение, а во-вторых, старший пионерский вожатый в школе всегда был «всем бочкам затычка». Учитель физики заболел, а замены нет? Пожалуйста! Необходимо съездить с классом в зоопарк? Нет проблем! И всё это за мизерную для такой титанической работы зарплату в семьдесят рублей. А ещё нужно учесть всевозможные еженедельные “школы комсомольско-пионерского актива”, добровольно-принудительные субботники всех мастей и калибров, начиная от Общесоюзного (того самого, начавшегося с легендарного брёвнышка Ильича) и заканчивая ежемесячным рутинным бумажкособирательством по спецуказанию директора школы. В конце семидесятых, в СССР учителя уже не ломали у первоклашек шариковые ручки, уже старшеклассницы могли прийти на урок с подкрашенными ресницами, уже допускалась некая, пусть и призрачная, свобода в школьной форме... Так, ещё пятилетку назад крепкая дубовая система, ревностно хранившая традиции прополаскивания мозгов учащихся, дала трещину и оттуда, как тараканы, стали расползаться зловредные изюминки индивидуальности, от которых уже нельзя было отвертеться ни безысходным “замечанием”, выведенным красными чернилами в полстраницы в надушенном дневнике, ни вызовом к директору школы родителей, ни даже исключением из школы, потому как новая, жуткая своей непредсказуемостью, жизнь брала своё и нагло отбрасывала своим пробивающимся тельцем-одуванчиком, казалось, на веки укатанный асфальт советской империи. И в те, застойные годы, даже никто и думать не мог, что всего лишь через каких-то десять лет эта Империя начнёт рушится и оглушительно рухнет, и тогда, вместе с коммунистической партией и комсомолом в водоворот истории попадёт и пионерская организация. После её запрета в школьной системе воцарится вакуум. И как только это произойдёт, в наши школы устремятся разношёрстные элементы всех мастей и калибров — от ушлых маргиналов детской уголовщины до гастролирующих миссионеров мировых религий... И это всё предстоит переварить нежному детскому организму в одиночку, в условиях дикого российского капитализма... Хотя разве у беспредела начавшемуся твориться в начале девяностых есть национальность? Оказавшись в буквальном смысле на улице, вчерашние октябрята и пионеры пустятся во все тяжкие пороков улицы. А их родители лишь подольют масло в огонь. Как зомбированные, они массово начнут скупать импортные телевизоры и, оказавшимися вдруг доступными, видеомагнитофоны, а вместе с ними и заодно всё то порочное, что несут в себе «мыльные» сериалы и кровавые боевики, где на первом месте стоит жажда мести и чудовищная мясорубка из плоти и эмоций. Всё светлое и лучшее голливудского кинематографа так и останется для 99,9% населения за пределами его понимания. Запестревшие, как цветы на могиле старого мира, малиновые пиджаки, лишь упрочат положение сильных мира сего — вчерашних двоечников и хулиганов. Быть интеллигентным патриотом, как и патриотичным интеллигентом, станет немодно. Волна новой русской эмиграции захлестнёт страну. Из неё убегут те, кто так и не смог принять новые правила акул капитализма. Разбазаривание Россией своих лучших сыновей и дочерей достигнет такого масштаба, что казалось всё, что могло случиться плохого с Родиной — случиться окончательно и бесповоротно. Эпоха великого разбазаривания, метко окрещённая в народе «прихватиза