На другой день, пока Норька бегала с братом на рыбалку, Алька неслась на встречу к "баб... — 25 мая 2026 г. в 10:19:54.633

На другой день, пока Норька бегала с братом на рыбалку, Алька неслась на встречу к "бабушке". Она принимала подарки от неё, которые потом старательно прятала дома, фальшиво улыбалась ей и думала о том, как легко всё получилось. «Старуха», как обозначила для себя Алька, даже не усомнилась — бросила один взгляд и поверила. Аля знала, что они с Норькой похожи: обе светленькие, худые, одного возраста. Но Норка добрая, открытая, с ямочками на щеках, а Аля — колючая, вечно набыченная. И всё же «бабка» не заметила разницы. — Элеонора, — гладила её по волосам Анна. — Можете называть меня Алей. — Алей? — Элей. — Так и буду называть тебя. В доме тёти тебя никто не обижает? — Нет, никто меня не обижает. Только из-за телевизора вечно ругаемся, и велосипед мне не хотят покупать. Мол, дорого. — Так я тебе куплю и телевизор, и новый велосипед. — А что я матери скажу? Заругается же. Анна задумалась, прикусив губу. — Я кажется, придумала, как мы поступим. Я давно хотела пожить за городом, поэтому попробую купить здесь дом. И буду приезжать к тебе каждое лето. И велосипед тебе куплю, и телевизор. — Я согласна, — заулыбалась Алька. *** Тамара задумалась. С появлением в семье Норьки, Алька стала отдаляться от всех. Она вечно где-то пропадала и домой приходила лишь к ночи. Зато племянница ластилась, как кошка. Норьке мать понадобилась. Она носилась к Тамаре рассказывать секреты, просила советов, как общаться с другими детьми, как красиво укладывать прическу. Как писать ту, или иную букву. Иногда просто обнимала тётку. Бывало, сядет Тамара, задумается, а к ней племянница уже бежит - обнимает, целует её, и просто рядом сидит. Неприятно Тамаре, не приучена она к нежностям, она ж "гром-баба". Ей покричать на домочадцев - уже в радость. А при Норьке и кричать меньше стала - как прикрикнет, Норька чуть ли не в обморок падает. Страшно ей. Поначалу Тамара думала, привыкнет девка, подстроится. Но нет, как была нежной "барышней", так ею и осталась. А ещё Тамару волновало, что дочь стала отдаляться. Алька скрытничала, совсем не слушалась. Тут бы дочерью плотно заняться, а она больше с племянницей возится. Но, положа руку на сердце, Тамара признавалась самой себе, что Норька ей становится ближе. Девочка росла ласковой и податливой. О чём Тамара ни попросит - всё сделает, и смотрит с обожанием. И это было искренне — Норька вовсе не притворялась. А вот Алька росла замкнутой и нахальной. Не раз Тамара ловила её за гадостями — то личные вещи Норьки попортит, то подло подставит её. Откуда в девчонке столько жестокости и подлости? «Я ошиблась, оставив Норьку у себя. Да, мне жалко её, я люблю девочку, но пока “спасаю” её — теряю родную дочь. Надо было отдать Норьку бабушке», — думала она. А тут и люди в поселке начали болтать неладное. Сначала соседка странно смотрела и спрашивала, где это Алька постоянно пропадает - убежит с самого утра, и только к ночи возвращается. А потом уж и продавщица Галя прибежала, рассказывает, что Алька каждый день в магазине набирает себе всяких сладостей и расплачивается крупной купюрой. — Батюшки, — испугалась Тамара. — Неужели в кубышку мою забралась? Побежала Тамара к серванту, пошарила — нет, в кубышку никто не лазил. Тогда откуда у Альки деньги? Ничего Тамара не сказала вернувшейся к ночи дочери. Лишь наутро за завтраком внимательно следила она за ней. Алька ела мало, без аппетита. — Мам, я к подружкам играть уйду. — Чем Норька тебе не подружка? Могла бы взять её с собой. — Ай. Она ж домоседка и плакса. Тамара ничего не сказала, но когда дочь выбежала из дома, последовала за ней. Она держалась у домов и кустарников, чтобы Алька её не заметила. Алька направилась на другой конец деревни и забежала в недавно построенный дом. Тамара знала только, что этот дом был выставлен на продажу. Тамара подкралась к дому, прижалась к забору, укрывшись за большим кустом, и стала подглядывать. Во дворе стоял накрытый стол. За ним суетилась Анна Полянская, недавняя знакомая. Она наливала компот в стакан.