Сейчас, когда все относительно хорошо, пожалуй, расскажу.
Сейчас, когда все относительно хорошо, пожалуй, расскажу. Предыстория - несколько недель назад я подвернула ногу. Подвернула и подвернула, не обращала особо внимания, при ходьбе она иногда сворачивалась, но без особой боли. Собственно, сама история. В пятницу ночью ехала на самокате. Пустые дороги, музыка, ветерок. Ехала с приличной скоростью и решила сделать, как обычно - прыгнуть с метрового бортика. Я делаю это регулярно, ничего там страшного нет. Кроме одного момента - нога была подвернута. И от резкого удара... Дальше слабонервным лучше не читать. От резкого удара она вывернулась, кости не выдержали и переломились. Обе, те, что у стопы. С самоката я не упала, я с него спрыгнула, стопа болталась под углом 90 градусов. Кровь рекой. Не знаю, по какому наитию, я вправила кости руками. Дальше, конечно, шок, ор. Сказать, что это больно - ничего не сказать. Я лежала на проезжей части, не в силах пошевелиться. Из проезжающих машин вышли люди (ребята, спасибо вам огромное!), вызвали скорую. Обезболивание опиатами в машине не сильно помогло, я выла. В травме первым делом обложила по матушке врача (простите, Иван Игоревич). Путем изъебств он уговорил ногу зафиксировать. Это, как бы вам объяснить. Когда в пятку дрелью вкручивают металлические штыри и подвешивают груз. Ощущения не из приятных. Пока это проделывали под местной анестезией, рассказывала Ивану Игоревичу историю инквизиции. - Я догадывался, что инквизицию изобрел человек с фамилией Гусман, - сказал Иван Игоревич. Читала "Мастера и Маргариту" в операционной наизусть. Рассказывала о катарских войнах. К окончанию процедуры я довела до белых глаз всю больницу, как мне дрелью не вкрутили штырь в голову - я не знаю. Несколько дней лежала на растяжке. С штырем в ноге и гирей, когда нельзя не пошевелиться, не поменять позу. В целом дух Гусмана и немножечко Игнатия Лойолы незримо, но весьма ощутимо витал по палате. Было, мягко говоря, больно. Сегодня сделали операцию, которая длилась почти 4 часа. Двойной оскольчатый открытый перелом, ситуацию Иван Игоревич ласково охарактеризовал так: - Бывает полная жопа. А это полная жопа с говном! Впереди пара месяцев гипса. Врачи тут абсолютно гениальные - никакой аппарат Илизарова ставит не стали, собрали кости руками на пластину. Низкий поклон. В первые дни меня отсюда чуть не выгнали за курение. Но не выгнали, потому что везде люди. Спасибо и моя большая любовь травматологическому отделению 29 больницы. Максимов Борис Игоревич, заведующий, классный мужик. Попов Иван Игоревич, гениальный травматолог и мой лечащий врач - умница и святой! Девочки-сестры, санитарки, да все, кроме одного дежурного долбоеба, пожалелевшего мне обезболивающего, когда я лезла на стену - все отличные. На днях выпишут. Пока, говорят, лучше не выебываться. В ближайшее время будет грустно: нет ножек - нет самокатика. Что ж. Гуглю пароплан. И да, писала я сюда все эти дни без нытья, потому что в принципе не люблю ныть. Мрази, которые у моих подруг выведали о происходящем и потешались, а также писали гадости в личку - вы не люди. Совсем. Это настолько насекомое поведение, что его даже комментировать брезгливо. Остальных рада видеть!