У нас в телеге проходят соревнования с писателем Леной Залесской под кодовым названием ...
У нас в телеге проходят соревнования с писателем Леной Залесской под кодовым названием "кто ебанутее". Красочно описанные похороны кроличьих голов вывели мою конкурентку вперёд на повороте, поэтому вот вам история про ёлку. Продублирую сюда. Был канун нового года, мы с моим другом Серёжей сидели в съемной квартире на Петроградке и скучали. Ну как, квартире. Я сняла тогда комнату в однокомнатной квартире, кто-то из вас наверняка читал рассказ про Мачо, публиковавшийся в каком-то журнале. Это были первые курсы института, самые нищие, но насыщенные событиями годы. Мы сидели и мучились хуйней. Вокруг был промозглый предновогодний Петербург, в нас плескался коньяк "Киновский", купленный на последние. Денег у нас не было вообще совсем, зато энтузиазма было в избытке. Сережа - интересный человек, однажды я напишу о нем роман. Днём он был редактором политического издания, а вечером обращался в Аллу Пугачёву, речь идёт о временах, когда партия ещё не запретила геев (запрещены в России). Мы развлекались, как могли - ругались из-за моей косметики и носили по очереди мою кружевную блузку, которую друзья называли "кто опять надел салфетку". - У нас даже ёлки нет, - протянул тоскливо Сережа, и тут над головой его, как в мультиках, вспыхнула лампочка. - А давай ее спиздим! Ничего в этой идее не показалось мне странным, и я спросила: - А где? Сережа сиял. Мы допили остатки коньяка, примерно полведра, и двинулись в сторону мечты. Мечта по словам Серёжи ждала нас на Большом проспекте Петроградской стороны. - Просто иди за мной, - убеждал старший товарищ, и я шла. Сквозь туман и сумрак, а также плескавшийся в глазах "киновский" я увидела ее - нашу идеальную, прекрасную ёлку. Она стояла у какого-то безлюдного здания в горшочке и поблескивала украшениями. - Берём! - обрадовалась я. План был выработан мгновенно. Мы с Серёжей подбегаем к ёлке, тянем ее из кадки с двух сторон, вырываем и убегаем с нею, безумно хохоча. Так и сделали - подбежали, стали тянуть. Блядская ёлка не тянулась. То ли коньяка было слишком много, то ли злобное новогоднее божество нас прокляло. Мы стояли посреди Большого проспекта в раскоряку и тужились. Праздник не рождался. Старались мы ровно до тех пор, пока мои глаза не встретились с чьим-то ошарашенным взглядом в стене. Нет, не я допилась. Очаровательное здание, где мы решили экспроприировать ель, оказалось кафе со слегка затонированными окнами. Посетители побросали еду и выпивку, столпились у окна. Несколько десятков пар глаз смотрели на нас с изумлением, переходящим в восторг. Кто-то махал вилкой, кто-то поднял бокал. Блядская ёлка не вынималась. И тут Зоркий Глаз обнаружил, что она вбетонирована. Да, это была искусственная ель, упакованная в кадку при помощи бетонной смеси. Убегали мы с места преступления очень резво, просто немного зигзагами. Кажется, вслед нам что-то кричали люди из кафе и прохожие. Ёлку мы потом украли в другом месте, а Большой проспект ещё полгода обходили дворами. Добрый вечер.