… За церковной оградой стоял кофейного цвета импортный автомобиль, совсем не новый, но ...
… За церковной оградой стоял кофейного цвета импортный автомобиль, совсем не новый, но сказочно редкий и странный здесь, у сельского храма. В деревенской ночи, освещенный единственным на улицу фонарем и блестящий от мокрого весеннего снега, успевшего нападать и подтаять, стянуться блямбами по стеклу и дверям, он и вовсе выглядел космическим телом из далекой и ненастоящей столичной жизни. - Вась… Твой что ли?, - сердце отца Павла будто сжали холодной ладошкой. – Так ты как - приехал или … назад в Москву… - Нет, бать. Твой! - блудный сын сиял, но старался сказать это буднично, как будто так, надо же, пустяки, а не Опель 96 – го года. Однако подбородок его дрожал совсем по – отцовски, - На требы будешь ездить. Чтобы без этого… варикоза, а то… мать пугать! - Так я ж и… прав нету… - А я на что? Возить буду!, - Васька широкой рукою обнял отца, и тот в миг превратился из величественного и могучего иерея в просто пожилого, немного уставшего, но тихо и глубоко счастливого человека. – Ты прости меня за всё, бать, дурак был. Пойдем, батя. С невестой тебя познакомлю. Будем новую жизнь начинать с покаяния и прощения… 🕊️Ангела у подушки, доброй ночи.