Матушка Екатерина Муравьева | православие, Петербург, рецепты
Прочее · 9 октября 2026 г.
И еще интересный момент об Иоанне Богослове, который я бы хотела с вами обсудить в этот...
И еще интересный момент об Иоанне Богослове, который я бы хотела с вами обсудить в этот день. Как-то на молодежке у меня спросили ребята: с какого Евангелия стоит начать, если читать не по порядку? Понятно, что стандартно мы всегда начинаем с Евангелия от Матфея, а если выбрать другой порядок, то с какого начать? И я в ту же секунду говорю: конечно, с Евангелия от Иоанна! Это мое самое любимое. Приходит отец Сергий, я ему это рассказываю и он в буквальном смысле поднимает меня на вилы — ох уж эти библеисты 🙈 деловые. Оказалось, что Евангелие от Иоанна в плане Толкования самое сложное и не разгаданное до сих пор. 3 остальных Евангелия библеисты «разобрали», а вот с Евангелием от Иоанна работаю до сих пор и не могут до конца разгадать символизм. Потом я провела мини-опрос и оказалось, что почти все девушки нашего клуба тоже назвали это Евангелие одним из своих любимых. Подтвердилась моя теория чувственного женского восприятия всего, даже Божьего Слова — ведь Евангелие от Иоанна самое чувственное, красивое. Когда читаешь Евангелие от Иоанна, сразу чувствуешь — это не просто рассказ о событиях. Это взгляд изнутри, будто человек, прикоснувшийся к вечности, говорит тихо, но слова его звучат, как вечный огонь. Святой Иоанн Богослов не просто описывает чудеса — он раскрывает сердце Бога, показывает Христа не только как Учителя, но как Слово, ставшее плотью (Ин. 1:14). Поэтому его Евангелие называют неразгаданным, «высоким» и «внутренним». 🌷Святитель Иоанн Златоуст писал: «Слова Иоанна подобны бездне: кто в неё взглянет, не видит дна, но чувствует свет, исходящий из глубины.» 🌷Святитель Григорий Богослов называл его «богословом» не по званию, а по сущности: «Матфей и Лука говорили о человеке, Марк — о деяниях, а Иоанн — о Божестве Христа.» 🌷Святой Августин говорил: «В Евангелии от Иоанна — простые слова и бездна смысла. Там ребёнок может пить, а мудрец — утонуть.» Это Евангелие не рассказывает — оно созерцает. Оно словно написано глазами того, кто стоял у Креста, кто услышал последнее дыхание Иисуса и понял: всё — любовь. Поэтому многие толкователи говорят, что Евангелие от Иоанна не столько читают, сколько проживают. Оно открывается не разуму, а сердцу.