Проблема мужского самосознания кроется не столько в том, что нам незнакомы наши чувства...
Проблема мужского самосознания кроется не столько в том, что нам незнакомы наши чувства; хотя, конечно, в этом много правды, и гендерная социализация подливает масла в огонь. Куда большая проблема кроется в том, что мужчинам стыдно за свои чувства, и даже за те, которые, как будто бы, одобряются коллективными установками. Парадоксально, но даже гнев - едва ли не единственное, что мужчинам разрешено, пусть и в шизофреничной, двойственной манере противоположных посланий, в одобрении и порицании одновременно - порождает столько стыда, что прикрыть его можно только большим гневом, и ничем иным. В этом замкнутом круге нередко появляются идеи борьбы с врагом внешним, которого нужно срочно отыскать по принципу противности (то есть, противоположности), в противовес врагу внутреннему и гораздо более коварному - бессознательной установке. Вторым парадоксом выступает сложная для принятия идея, что справиться со стыдом и гневом можно только лишь признав их, и не пытаясь бороться; идея порой немыслимая для нацеленного на деятельность мужского самосознания, вдвойне порицаемая мужчинами же за излишнюю рефлексию и задумчивость. Оттого осознание мужчинами Анимы, полуавтономной и в чем-то противоположной мужскому Эго с ее дарами чувств и эмоций, требует большого мужества, изрядной настойчивости и мучительной неспешности.