Последнее время наш дом напоминал раскаленный уголек. Папа, и это горько признавать, ст... — 21 августа 2026 г. в 19:44:01.106
Последнее время наш дом напоминал раскаленный уголек. Папа, и это горько признавать, стал для нас настоящим испытанием. Он сделался сварливым, капризным. У папы и так непростой характер, а тут ещё инсульт, да ещё не один... Я его особо добродушным и не видела, но он всегда старался был вежливым, не матерился, когда был трезвый. А сейчас стал просто злым и было сложно. Мне было легче на кухне на полу сидеть кормить Сёму, чем лечь на свою кровать в своем доме и кормить малыша там, потому что напротив кровать папы и одного взгляда мне хватает, чтобы понять, что мы мешаем. К этому прибавлялась наша общая теснота - детей много, места катастрофически мало, каждый шаг отдается эхом, каждый звук множится до шума. И в этом гаме, в вечной усталости отношения накалились до предела. Папа перестал нормально разговаривать с внуками. Он просто обзывался, делал замечания, отмахивался, как от назойливых мух. Дети, которые пытались что-то ему рассказать, замолкали и уходили. Добрых слов не осталось, и тишина между нами всеми стала громче всякого крика. А потом наступило 19 августа, Преображение.. В этот день к нам приехал батюшка. Он зашел в наш дом, прям как свет входит в темную комнату. Он причастил папу. Мы ни на что не надеялись, просто появилась возможность и, чудо, папа не отказался! Но случилось то, что я нельзя объяснить ни медициной, ни случаем. Человека будто подменили. Это не фигура речи - мы видели это собственными глазами. Папа, который еще вчера хмурился и отворачивался, вдруг выпрямился. В его взгляде появилась та мягкость, которую мы вообще не видели последние месяцы. Он заговорил вежливо, спокойно, с улыбкой. Он стал спрашивать нас о делах, сам что-то рассказывать, улыбаться. И самое удивительное - дети, те самые дети, которые боялись подойти, которые привыкли слышать только окрики, они почувствовали перемену. Папа в очередной раз крикнул на них, заматерился. А потом сам себя одернул, Поня, что неправ и… ИЗВИНИЛСЯ! Перед Славой! (А Слава враг номер один). Он не мямлит, не прячется, ответит если его несправедливо поругают, да и за братьев заступится. Он старший, он чувствует это, знает и не дает в обиду себя и братьев и этим ужасно злит дедушку. Дедушка извинился и дети побежали к нему сами. Они наперебой тащили ему рисунки, книжки, просто свои маленькие радости - лишь бы он увидел, лишь бы он был рядом. А он? Он достал конфетки и угостил каждого. Хотя ещё накануне Ваня спрашивал конфетку, а дедушка говорил «иди отсюда». А вечерами теперь он говорит детям: «Поворачивайтесь на бочок, сейчас будут показывать сон про слоника. Скорее смотрите». Я не знаю, как это назвать. Подмена личности?))) Чудо? Милость? Наверное, последнее🙏 Знаете, есть чудеса далекие, о которых пишут в книгах. А есть вот такое чудо, настоящее Преображение, прямо здесь, в нашем тесном домикеи в дедушкином голосе, который снова стал родным. Мы не заслужили этого, мы ничего не сделали, кроме того, что впустили батюшку. И Господь, видимо, ждал этого мгновения, чтобы войти в наш разбитый, уставший мир и дать нам понять, что Он с нами. И это самое живое, самое настоящее доказательство того, что Бог есть!!! И Он меняет людей, даже когда все вокруг говорят, что это невозможно🙏 Мы понимаем, что это, скорее всего, ненадолго. Но это уже огромное счастье и большое чудо🙏 Я вообще сначала молчала)) Думала, что если скажу, вдруг пропадёт? Ну знаете, как в детстве говорили: «чем похвалишься, без того и останешься», или «мечту вслух произнес - не сбудется значит». Глупости, конечно, я в это не верю давно, но всё равно испугалась сразу рассказать. Но потом поняла, что и молчать нельзя. Я ведь вижу это своими глазами! Вдруг кто-то тоже не знает, зачем причащаться? А вот видно зачем! Я смотрю на папу и вижу! Или кто-то думает, что раз в год причаститься хватит. А я теперь вижу, что нет, не хватит! Чем чаще, тем лучше)) Мы сами слишком слабы, чтобы исправиться. Сколько ни бейся, а сами мы не становимся добрее, не хватает нас на это. А Господь может сделать нас лучше, чище! Надо только впустить его!