Трогательная мистическая история о человеческой доброте
Трогательная мистическая история о человеческой доброте Заскочив после работы в небольшую забегаловку, чтобы перекусить, я вдруг увидел знакомое лицо. Костик, вечно улыбчивый добрый парнишка с моего класса, уже порядком потрепанный годами, пил кофе в углу зала. Спешить мне было некуда, поэтому я, взяв поднос с заказанной едой, подошел к нему. Он, подняв глаза, обрадовано воскликнул: — Неужели ты? Пять лет с последней встречи.. Садись скорее! Он суетливо стер какие-то крошки со стола, промокнул салфеткой маленькую лужицу пролитого кофе и пододвинул стул от соседнего столика. Я видел, что он был рад меня видеть, только вот смущала его вымученная полуулыбка. Наверное, тоже уставший с работы. Я присел, надкусил бургер и заинтересованно замер в ожидании. Сколько его помню, Костик много говорил, но всегда интересно и по делу, поэтому не был надоедливым. А тут почему-то повисло неловкое молчание. Я решил взять на себя ответственность начала разговора, но в голову пришла только банальная фраза: — А ты все тот же. Это было не так. У Костика появилась седина на висках, он обзавелся морщинками и серым костюмом с немного помятым воротником. Не было больше симпатичного паренька с серьгой в ухе, в джинсовой импортной куртке, стучащего ночью в мое окно, чтобы попросить сигарет. Был глубоко загруженный работой и проблемами взрослый мужчина, такой же как я сам. Он улыбнулся и спросил: — Как ты? — Живой. Ты откуда здесь? Я тут постоянно бываю, а встретил тебя впервые. Костик рассказал, что работает неподалеку, когда-то из-за переезда пришлось сменить привычное место. Сейчас трудится в небольшом мебельном магазине. — Сегодня у главного день рождения, отпустил всех пораньше, устроил корпоратив по этому поводу. А я что? Я не люблю эти корпоративы, поэтому ушел. Костик и в школе не любил праздники. Мы усаживались на забор напротив окон, смотрели на мелькающие огоньки внутри, слушали музыку, пробивающуюся через открытые форточки. Там, в здании царили радость и веселье, а у нас было спокойствие и какая-то умиротворенность что ли.. — Здесь неплохо кормят, — перебил Костик мои мысли. — Да, неплохо, — я снова принялся за начинающую остывать еду. — Как ты живешь теперь? – он смотрел на меня с неподдельным интересом. «Никак» — хотелось ответить мне. Никак я не живу. Семьей не обзавелся, долго копил на квартиру и купил все-таки. Небольшая, с обшарпанными обоями, без балкона, зато своя. Есть куда возвращаться. Родители в деревне, созванивались на прошлой неделе, главное, что здоровы. Работаю с техникой в рекламном агентстве. Тихо, спокойно, но.. никак. Костик понимающе вздохнул и сказал: — Я тоже один сейчас. — А жена? — я вспомнил, что в последний раз на общую встречу они приходили вместе. — Была жена. И двое ребятишек. Ванечка и Женя. Он достал из кошелька потрепанное фото и протянул мне. На меня смотрели маленький мальчик с большими удивленными глазами и веснушчатая девочка чуть постарше. Ваня был копией отца, даже вечно торчащий хохолок на голове тот же. Женя, скорее похожая на маму, открыто улыбалась на фотографии. Костик показал на нее пальцем: — Видишь, без зуба, а все равно довольная. Он задумчиво посмотрел в окно. Я боялся спросить, что произошло. «Была жена. И двое ребятишек», — пронеслось в голове. Воображение выстраивало нехорошие картинки. Вот почему он такой.. не такой. Костик поймал мой вопросительный взгляд и продолжил: — Я ушел. Пришлось. Давно их не видел.