🙊 Служебная записка о временном исчезновении гражданина Ермакова — 17 июня 2026 г. в 06:04:01.168
🙊 Служебная записка о временном исчезновении гражданина Ермакова Я пришёл в Московский Институт Релаксологии по самому обыкновенному делу: сдать акт на списание трёх поролоновых валиков, двух бамбуковых веников и одного подиума-трансформера, который по документам числился как «мебель специального назначения», а по факту уже неделю упорно менял высоту в зависимости от настроения входящего. Вахтёрша на первом этаже, сухонькая женщина с лицом заслуженной укротительницы лифтов, протянула мне гостевой пропуск и сказала: — Вам в Лабораторию Внутренней Тишины. Только не шумите. — Я по акту, — сказал я. — Все так говорят, — ответила она. — Потом выходят просветлённые и забывают, где оставили ботинки. Я не стал спорить. В нашем ведомстве спорить с вахтёрами считалось занятием не только бесполезным, но и научно необоснованным. 🏰 Институт занимал старое здание на ул. Привольной с высокими окнами, пахнущее яблоками, свежим деревом и чем-то ещё — возможно, дофамином, если дофамин вообще умеет пахнуть. На стенах висели таблички: «Отдел Стабилизации Внимания», «Архив Потерянных Мыслей», «Комиссия по этике прикосновений», «Испытательный полигон Мнушного Спокойствия. Вход только по согласию тела». Последняя надпись меня заинтересовала. — А если тело согласно, а я нет? — спросил я у проходившего мимо молодого человека в белом халате и шерстяных носках. Он остановился, внимательно посмотрел на меня, потом на моё тело, потом опять на меня. — Пока у вас разногласия, лучше в чаечную, — сказал он. — Там компот примирительный. В Лаборатории Внутренней Тишины было неожиданно оживлённо. Человек пять сидели вокруг большого стола, на котором лежали графики, нейрогарнитура, два протокола испытаний, плюшевая улитка и чашка с надписью «Не будить парасимпатику». 🙆♂️ За главным столом сидел сам Алексей Шкипер. Я узнал его по фотографии в коридоре, где он был изображён рядом с какой-то схемой нервной системы и выглядел так, как обычно выглядят люди, которые уже всё поняли, но ещё надеются объяснить это министерству. — Вы Ермаков? — спросил он. — Да. Из хозчасти. — Очень хорошо. Вы нам как раз нужны. Я насторожился. — Я только акт подписать. — Именно, — сказал Шкипер. — У нас исчез предыдущий подписант. — Как исчез? — С научной точки зрения — перешёл в фазу глубокого внутреннего отпускания. С административной — отсутствует на рабочем месте с девяти сорока. 🐌 Плюшевая улитка на столе вдруг подняла рожки и тонким голосом произнесла: — И чай не допил. Я посмотрел на неё. Улитка посмотрела на меня. В комнате никто не удивился. — Это улитка Мнуша, — пояснила заведующая Отделом Стабилизации Внимания, женщина с очень спокойными глазами. — Наш талисман и младший научный сотрудник по медленному дофамину. Она фиксирует слишком быстрые решения. — А также слишком громкое моргание, — сказала улитка. — Простите, — сказал я. — У вас говорящая улитка? — Не совсем, — ответил Шкипер. — Она не говорит. Она возвращает людям их невысказанные мысли. Очень удобно на педсоветах. Мне дали халат, на котором было вышито: «Временно допущен к наблюдению». Затем повели в Испытательный полигон Мнушного Спокойствия. Полигон оказался большой светлой комнатой. В углу стояли татами, подушки, тибетские чаши, полотна ребозо, кисточки и перчатки, деревянные ролики, бамбуковые палочки и аппарат под названием «Регистратор С-тактильного согласия». Аппарат тихо тикал и время от времени печатал ленточки: «ПРИКОСНОВЕНИЕ ПРЕЖДЕВРЕМЕННО», «ПАУЗА ОДОБРЕНА», «ГЛАДИТЬ МОЖНО, МЯТЬ РАНО». ⬇️⬇️⬇️