#читаемнаночь — 29 августа 2026 г. в 20:33:35.886
#читаемнаночь Маня-облигация На территорию завода въехала фура. Водитель поспешно вышел из кабины, забрался в фургон и вытолкал из него собаку. Сгорбившись, напуганное животное скрылось в зарослях лопуха. Машина развернулась и исчезла за воротами. Охранная собака Джек, нелепая помесь дворняги с овчаркой, почуяв незваного гостя, залилась истошным лаем. Лопухи и кустарник, в которых спряталась гостья, не шелохнулись. Только на следующий день подкидыш отважился выйти из кустов. Испуганно озираясь, собака робко подошла к раскрытым дверям цеха и села поодаль. Поза собаки была благородной, что и соответствовало статусной породе добермана. Правда, внешний вид вызывал сожаление и сострадание: спина в ожогах, некоторые когти на лапах вырваны, а выпирающие наружу ребра свидетельствовали о длительной диете бедолаги. Усевшись на солнышке, работяги поедали принесенный из дома обед. Каждый кусок, отправляемый в рот жующих, собака провожала голодным взглядом и судорожно сглатывала слюну. Попытка покормить пса закончилась полной неудачей. Доберман не сделал попытки даже подойти к подачке. Постилась собака дня три. Придя на работу, одна из работниц завода увидела собаку, лежащую под дверью цеха. Встать на лапы собаке мешала боль в загноившихся лапах. Ее тело сотрясал озноб. Женщина перетащила собаку в каморку и уложила на старую телогрейку. Осторожно промыла больные лапы, смазала мазью, забинтовала. Также бережно обработала раны на спине и боках, укрыла собаку чем-то теплым и ушла по своим делам. Постепенно израненное тело собаки начало согреваться, боль перестала прицельно бить по нервам, дремота сковала глаза. *** Я первый раз за последние несколько дней спокойно засыпаю. Я – английская доберманша чистых кровей. Имя мое состоит из семи, а может и более имен: Мария-Марта-Меремис и т.д. Появилась я на свет в элитном питомнике. Через два месяца меня выбрала обеспеченная семья: бородач-муж, ухоженная молодая дама и малышка пяти-шести лет. Я люблю детей, от них сладко пахнет молоком. За малышкой я хожу по пятам. Играю с ней, сплю у дверей ее комнаты, ем в столовой недалеко от ее стульчика. В минуты нежности аккуратно касаюсь языком ее пухлой щечки. Малышка хохочет, ликование и восторг наполняют мою душу. За малышку я готова отдать жизнь. В четыре месяца для меня наняли наставника, который обучал меня всяким трюкам. Было забавно постигать эту нехитрую науку. На месте моих хозяев я не стала бы тратить деньги за тренинг, потому что все эти навыки заложены в нашей породе на генном уровне. Мы, доберманы, все понимаем и умеем от рождения, только ленимся иногда демонстрировать свои природные задатки. Вот, например, меня никто не натаскивал находить деньги. Но я могу точно определить, в каком кармане хозяина они лежат, в какую сумку хозяйка положила кошелек, где находится сейф с наличными. А уж лечь или встать по команде, дать лапу или принести брошенную палку – это утомительная проза, этому учить не надо, этими навыками владеет даже новорожденный. Уже в шестимесячном возрасте мною гордились все домашние, с удовольствием показывая меня своим гостям. Когда я царственно входила в гостиную и церемонно кланялась присутствующим, все восторгались моей интеллигентной индивидуальностью и экстерьером. Именно индивидуальность меня серьезно подвела на первой же выставке. Толстый человек в очках долго обмерял меня, взвешивал на весах, определял размер ног и их высоту, а потом вынес вердикт – нестандартна, переросток, для участия в выставках не годна. То, что я выше всех сук на выставке, было понятно еще в раздевалке, где на меня наводили лоск. Но я восприняла данный факт, как дополнительный бонус своего удивительного экстерьера, и расценить это как порок, отказывались даже мои светлые мозги.