ой все его тайные, влажные фантазии, без оглядки, и без ложной скромности»
ой все его тайные, влажные фантазии, без оглядки, и без ложной скромности» Именно раскрепощенностью и страстностью завоевала заведующего фермой Глафира, затмив собою высокомерную, холодную, пучеглазую «рыбу» из расчетного отдела, по имени Полина Леонидовна, за которой долгое время волочился Аркадий. Куда этой рыбе было угнаться за Глафирой! Она вся в отчетах, а Глафира всегда рядом, так сказать, в ближнем доступе. И все было прекрасно уж сколько лет! Глафира чувствовала себя полноправной хозяйкой сразу в двух зданиях фермы: и в бане, и в конторе. Как вдруг, откуда беды не ждали, на прошлой неделе, появилась здесь вот эта зеленоглазая ведьма! И ведь какая гадина эта Зойка! Родив дочь от мужа, она своего Алексея на два дома жить заставила. А после, уже разведясь с ним, двойню не пойми от кого нагуляла. Но это еще ладно. Дело житейское. Самое- то стра*****шное не это! Как только ее Алексей на другую посмотрел, так и беда с ним сразу приключилась! Не стало мужика на свете в тот же день, как в жены Катьку- медсестру он себе взял! А теперь эта змеюка пришла своим белым лифчиком перед носом у Аркадия крутить! Ведьма, она и есть ведьма! Глафира вздохнула и выдохнула раздраженно. Аркадий, когда принял на работу Зойку, фактически отдав той «зимнее место» самой Глаши, она закатила ему такой скандал! Но Аркадий объяснил, что не может отказать женщине с тремя детьми. Мол, до весны только она поработает, а весной, как детей в ясли отдаст, так выйдет она на свое место, на заправку. Извинившись пред Глафирой, Аркадий пообещал ей на зиму отдать теплое местечко кладовщицы, отвечающей за сохранность инвентаря и средств дезинфекции. Глафире не оставалось ничего другого, как смириться с решением Аркадия, и проглотить обиду… ради своей выгоды. Дело в том, что Глафира помогла как-то Аркадию подыскать свинарок в коллективе фермы, готовых пойти на махинации с неучтенными свиноматками и поросятами. В результате, определенная часть живого поголовья рождается, подрастает, а затем вывозится за территорию свинофермы, и продается строго «по своим», за пределами родной деревни. Львиная доля от этих продаж достается, конечно же, заведующему фермой, и делится между охранниками и свинарками. Но и Глаша с этих продаж имеет свою долю, и остаться без потока денежек в свой карман она не готова. Любовник ей доверяет, и она ему тоже, и вот так обидеться, разорвать отношения с Аркадием Павловичем, и уволиться с фермы (как хочется ей, на самом деле, в душе), Глафира не может себе позволить. Поэтому придется ей терпеть эту Зойку всю осень и зиму. И даже если Аркадий затянет эту зеленоглазую в «кабинет для гостей», и нырнет ей под юбку, Глафире и это придется «проглотить». Но точно не долго! Если до этого дойдет, Глафира ей все космы повыдергает, и лифчик тот белый, кружевной, узлом на шее завяжет! И сбежит с фермы та ведьма Зойка раньше, чем планирует! - Глаша, я все! До завтра! – Послышался за спиной голос Марии – последней из женщин, решивших сегодня смыть вонь и грязь фермы в общественной бане. - Пока-пока... – Ответила Глафира, а затем отправилась проверять по кабинкам краны, чтобы за ночь не сбежала струйками в водосток оставшаяся в баке вода. **** К тому моменту, когда Глафира вышла на крыльцо бани и закрыла дверь на ключ, новая уборщица спустилась со ступеней здания конторы, и направилась к своему велосипеду, прислоненному к стене, у сторожки. Глафира, щурясь, проводила женщину, не заметившую ее, своим колючим взглядом. Зоя остановилась с велосипедом возле сторожки охранника, затем достала краюху хлеба из своей сумки, и, разломив ее на куски, раздала собакам, живущим на территории фермы. Псы довольно виляли хвостами, получая угощение. После того, как Зоя попрощалась с вышедшим из сторожки к ней охранником Ивановичем, села на велосипед и покатила по подъездной дороге, мимо тополей, Глафира, засунув ключ от бани в карман своего халата, пересекла двор и поднялась на крыльцо соседнего здания. Рабочий день для служащих конторы давно закончен, и поэт