енько: это будет не Твой ребенок, а НАШ. И никак по-другому больше не будет. И я тебе м...
енько: это будет не Твой ребенок, а НАШ. И никак по-другому больше не будет. И я тебе могу дать уже сейчас почти стопроцентную гарантию: у тебя внутри УЖЕ растет наш малыш. Ольга широко распахнула глаза, глядя на Игоря, а он продолжал тихо говорить, не отводя своего взгляда: - Я серьезно говорю. Без шуток. Просто некоторые отцы могут это почувствовать и распознать раньше матерей. И я, между прочим, именно такой сверхчувствительный отец. И горжусь этим. После своих слов, Игорь наклонился, и накрыл губы Ольги поцелуем, прошептав с улыбкой растерянной и растроганной его словами женщине: - Я люблю тебя, мой Ангел...Обожаю... Подари мне, пожалуйста, дочку, похожую на тебя… Или сына…Я буду рад любому твоему подарку)) ---- Следующее утро Ольга проснулась раньше Игоря и Филиппа. Приняв утренний душ, женщина зашла на кухню, перебирая в памяти рецепты вкусных завтраков. Решив, что воздушный омлет и оладьи будут отличным началом дня, она взялась за дело. ----- - Привет)) Игорь зашел на кухню босым, в брюках и расстегнутой, свободно свисающей с плеч рубашке, сверкая перед Ольгой, одетой в простое домашнее платье и кухонный фартук, подтянутым и рельефным прессом, и красиво выделяющимися грудными мышцами, с двумя темными маленькими вершинками. - Доброе утро… Оля уставилась заторможенным взглядом на голый живот Игоря, и растерянно моргнула. Раз. Потом еще раз, ощущая, как в ее собственном животе вспорхнули «бесстыжие бабочки» от такой демонстрации мужественной красоты. (Мамочки мои…Что же это со мной делается??! Этот мужчина «заводит» меня в одну минуту лишь одним своим частично голым торсом!) - Оля, у тебя что-то горит! Ольга, чувствуя, как ее лицо тоже уже «горит» (Боже! Стыд-то какой! Она!, взрослая женщина!, залипла на мужское тело, и впала в самый настоящий ступор!), круто развернулась к плите, и поспешила спасти партию оладий на сковороде, в душе искренне удивляясь проснувшейся в ней женской «охоте». Оля и не помнит, чтобы когда-нибудь ее тело и разум так реагировали на других мужчин. И что самое, удивительное и даже, в какой-то мере, опасное: с каждой новой близостью, она все больше и больше тонет в Игоре. И этот мужчина, поселившийся в ее сердце, совсем не желает помочь ей обрести «твердую почву под ногами». Пока Ольга возмущалась мысленно, и ругала своих «бабочек», Игорь подошел и прижался к ней со спины всем своим телом, а затем начал зацеловывать шею, одновременно потираясь носом о кожу под мочками ее ушей. Ольга взмолилась, чувствуя, как у нее подкашиваются ноги от ласк: - Игорь!...Остановись…Пожалуйста.. Что ты делаешь?... У меня оладьи…горят...И…Филя сейчас проснется… Но Игорь, не смотря на слабые протесты Ольги, продолжал ласкать ее шейку, тихонько мурча, и зарываясь носом в волосы на затылке… Довольно быстро почувствовав отклик женского тела на свои действия, он протянул руку вдоль бока Ольги, и выключил конфорку, а затем уверенно взял любимую за руку, и повел за собой. Оля, стуча кулачком по широкой мужской спине свободной рукой, возмущаясь и смущаясь одновременно, все же покорно шла за Игорем. В ее маленькой квартире нет укромных местечек, где можно было бы уединиться вдвоем на несколько минут. Но этот мужчина нашел одно такое место легко и быстро: за закрытой дверью в ванной комнате… ----- Этот же день, ближе к обеду Игорь открыл ключом дверь в квартиру Ольги, держа в руках пакет, в котором лежат купленные им в кондитерской, расположенной за пару кварталов от дома Ольги, вкусности к чаю. В квартире его встретил веселый смех сына и Оли. Эта парочка нашла себе занятие в его отсутствие, устроив настоящий морской поединок, запустив в ванну, наполненную водой, десяток разноцветных бумажных корабликов. Филипп и Ольга, от души поддерживая свои корабликами ободряющими криками, приводили воду в движение ладонями рук, и, как понял Игорь, немного понаблюдав за сражением от дверей, пытались поменять расположение кораблей, перегнав их с одного края ванной на другой. В итоге победил Филипп со своими оранжевыми корабликами. - Папа! Смотр