Прошло три месяца.
Прошло три месяца. - Ну, вот и все)) Молодая женщина закончила увлажнять питательным маслом кожу вокруг ногтевых пластинок, покрытых почти бесцветным лаком (лишь с намеком на розовый цвет), и обаятельно улыбнулась клиентке. Женщина уверена, что выполненную ею работу можно отнести к «высшему пилотажу маникюрного искусства» (во всяком случае, она – самый популярный и дорогостоящий из всех мастеров маникюра-педикюра в своем районе). Анастасия Андреевна, надев на кончик носа очки, придирчивым взглядом осмотрела каждый свой пальчик поочередно, и не найдя недочетов в работе мастера, благосклонно кивнула головой. Когда женщина покинула ее комнату со своим чемоданчиком с инструментами и складной лампой, Анастасия Андреевна поднялась со стула, чтобы размять затекшие мышцы спины после долгого сидения на стуле. Подойдя к зеркалу, она вначале долго всматривалась в свое отражение, а затем все же одобрительно улыбнулась своему зеркальному двойнику… На Анастасию, из отражения большого зеркала, сейчас смотрела, улыбаясь в ответ, дама с возрастными морщинками на лице, ясными глазами, и с идеальной (в плане зубов) улыбкой. Болезненная бледность кожи ее лица умело скрыта под тонким и ровным слоем тонального крема и пудры. Ее губы, ставшие менее пухлыми и розовыми с возрастом, но сохранившие свои контуры, покрыты стойкой, не жирной матовой помадой, освежающей лицо в целом. Седые волосы женщины в зеркале уложены идеально, скрывая под собой раковины ушей, но оставляя на виду крупные серьги из белого золота, с россыпью небольших бриллиантов по центру. На Анастасии сегодня надеты брюки из теплой ткани цвета «кофе с молоком», со стрелками, с высокой талией, белоснежная водолазка, не сильно плотно облегающая шею и грудь, и удлиненный жилет из той же ткани, что и брюки. На ее ступнях домашние туфли-лодочки из мягчайшей кожи на плоской подошве. Анастасия сильно потеряла в весе за годы болезни. В ее фигуре стала заметна хрупкость и утонченность, но всегда прямая спина и расправленные плечи не позволяют никому даже «за глаза» назвать ее «высохшей и немощной старухой». Поправив прическу кончиками пальцев, Анастасия Андреевна услышала, как в дверь ее комнаты постучали, а затем раздался голос сына: - Мама! К тебе можно? - Да, заходи, сынок. Игорь зашел в комнату родительницы, сразу кинув взгляд на стол, где обычно лежат в ячейках таблетки, которые Анастасия должна принимать регулярно, и нахмурил брови, увидев, что утренняя ячейка еще полна. - Мама? Ты забыла выпить таблетки? Анастасия, со вздохом, отвернулась от зеркала, и, сделав несколько шагов, опустилась на свой любимый диванчик. - Нет, не забыла. Утро пока еще не закончилось. Игорь качнул головой неодобрительно, но углубляться в тему таблеток не стал. - Мама. Мне необходимо с тобой поговорить. Это важно. Анастасия чуть наклонила голову, и мысленно предположила, о чем именно хочет поговорить с нею сын (пару раз за последнее время она видела в окно, как эта дрянь Раиса (бывшая жена сына вновь посмела вернуться в поселок, и, кажется, она еще и беременная приехала к матери, судя по выпирающему животу) разговаривала с Игорем на улице): - Если ты о Раисе – я и слушать не хочу. Не трать, пожалуйста, свое и мое время. Этот человек для меня не существует. Игорь качнул головой: - Нет, мама. Я не о Раисе пришел с тобой поговорить. Анастасия приподняла удивленно брови: - Не о ней? А тогда о ком? Или о чем? - Я пришел поговорить об Ольге. О бывшей няне Филиппа. У Анастасии неприятно что-то шевельнулось в груди (так обычно происходит, когда она чувствует приближение плохих вестей): - И что с этой Ольгой? Уже три месяца прошло после того, как она уволилась. Какие могут быть к нам претензии? Игорь глубоко вздохнул и шумно выдохнул, набираясь смелости, и произнес, ощущая в душе сильное волнение: - Мама. Я люблю Ольгу. Мы с ней в отношениях, и она ждет от меня ребенка. - Что? Анастасия произнесла вопрос удивленно-иронично: - Эта Ольга ребенка ждет? От тебя?! Ты УВЕРЕН, что ОТ ТЕБЯ? Игорь знал, что так и будет, и поэтому п