Лето. То душно, то влажно, то жарко, то радужно.
Лето. То душно, то влажно, то жарко, то радужно. В то лето была невыносимая жара. Я уехала на неделю за город. Небо раскалялось докрасна, янтарная смола сосен, ароматы земляники и трав смешались с отпуском и наполнили тело и мозг безмятежностью. Я читала бумажные книжки в гамаке соснового бора и наслаждалась чистым кислородом и плохим интернетом. В гости приехала Ксюша. Ещё в пыли московских дорог она вытянула ноги в густую траву и слушала планы на день. "Жара невыносимая", — сказала я. — "Поэтому днём собираем ягоды, а ночью пойдём через лес, на карьер. Купаться, гулять по тёплому песку и плескаться в нежной, словно парное молоко, воде. Купальник не нужен". "Нууу, может быть", — сказала Ксюша. "Это не вопрос был", — сказала я. Стемнело, вышла полная удивления луна. Мы вышли в лес. Дорожка к карьеру, по которой я двадцать лет шастала босая белым днём, зная каждую кочку, как-то сильно изменилась: деревья приосанились и загустели. Птицы и травы замолкли. Ксюша испуганно кралась за мной по темноте, а я бодро вышагивала, как незаконная дочь Красной Шапочки и Мальчиша-Кибальчиша. Не видела цель, но и препятствий тоже не видела, спотыкалась, но создвала впечатление бодрой уверенности. Пришли. Гладь карьера, ивы у воды и приветливая лунная дорожка до самого песка. Никого. Я закинула на дерево сарафан и рванула в мягкие воды. Ксюша стала возиться с купальником. Минут через двадцать мы плескались как две неистовых русалки, я уплыла подальше, а когда вернулась - моя Ксюша уже бегегала по берегу в приступе паники и махала мне, чтобы я не возвращалась. через секунду стало понятно почему: на берег прикатили три мужика врубили свет прямо на воду и стали курить как Алёша Попович, Добрыня Никитич и кто там ещё, с одним железным конём и зажигалкой на троих. Автомобиль стоит под деревом, на дереве мой сарафан, я в воде в лучах прожекторов, пытаюсь наслаждаться купанием, которое вот только что так яро рекламировала. Мужики курят и трындят, трындят и курят. Минут через двадцать я устала и замёрзла. Распсиховалась, рванула из воды. подошла к мужикам, сорвала с дерева сарафан, напялила на мокрые мурашки и ломанулась в ночь. На ошалелое "Девушка, тёплая ли водичка?"- рявкнула такое раскатистое "ДА!!!" что с деревьев разлетелась стая разбуженных моим ответом ворон. Обратно шла мокрая и задумчивая, снова как Красная шапочка, но свежеизвлечённая из волчьего брюха, а довольная приключением Ксюша бодро шагала за мной и похихикивала вместе с луной.