#ЕстьМнение
#ЕстьМнение Общий объем ФНБ за июль просел до 12,7 трлн рублей, в то время как его ликвидная часть замерла на отметке 1,6% ВВП, фактически перестав расти даже при благоприятной валютной переоценке. Насколько критическим для устойчивости госбюджета станет момент, когда неликвидные вложения в проекты окончательно лишат Минфин возможности оперативно маневрировать резервами в случае резкого падения нефтегазовых доходов? Григорий Жирнов, сотрудник лаборатории макроструктурного моделирования НИУ ВШЭ: Я бы не стал избыточно переживать за устойчивость госбюджета из-за сокращения ликвидной части ФНБ. Во-первых, не стоит забывать, что ФНБ финансирует только ту часть дефицита бюджета, которая вызвана отклонением нефтегазовых доходов от базового уровня из-за более низких цен на нефть. Большая же часть дефицита бюджета финансируется за счет размещений ОФЗ. В частности, в этом году дефицит федерального бюджета, вероятно, немного превысит 7 трлн руб. Основная часть этого дефицита – более 6 трлн руб. – будет профинансирована как раз через размещение ОФЗ. Из ФНБ придется забрать не более 1 трлн руб., в то время как ликвидная часть фонда в моменте превышает 3,5 трлн руб. Заметим, что в современной денежной системе государство может профинансировать практически неограниченный объем дефицита бюджета через продажу на первичном рынке банкам облигаций с плавающим купоном (флоатеров). За последние 6 лет мы могли неоднократно в этом убедиться. Инфляционные последствия такой практики — отдельный вопрос, зависящий, прежде всего, от реального спроса на товары и услуги в экономике, а не от способа финансирования дефицита. Наконец, в случае острой необходимости неликвидная часть ФНБ может быстро обратно превратиться в ликвидную. Вспомните сделку с акциями Сбера между правительством и ЦБ в 2020 году — ее смысл, безусловно, был другим, но она явно показывает, что не стоит недооценивать креативность экономического блока. @nebrexnya