Каждый раз, когда Вейдер наносил удар, она уворачивалась, предвосхищая движение благода... — 27 августа 2026 г. в 19:48:49.503
Каждый раз, когда Вейдер наносил удар, она уворачивалась, предвосхищая движение благодаря той самой интуиции, которую многие называли «даром Силы». Она заставила Вейдера отступить на несколько шагов, заставила его тратить силы на защиту, а не на нападение. В какой‑то момент ей даже удалось задеть его наплечник — искра прорезала тьму, и на мгновение показалось, что победа возможна. Толпа штурмовиков, собравшаяся у входа в руины, замерла, не решаясь вмешаться. Даже они понимали: этот бой — не их дело. Это была схватка стихий. Но Лея допустила одну ошибку. В пылу сражения, когда она бросилась вперёд, надеясь нанести решающий удар, Вейдер не отступил. Вместо этого он использовал Силу, чтобы схватить её — не физически, а ментально. Волна давления обрушилась на её разум, заставляя колени подогнуться, а клинок дрогнуть в руке. — Ты сильна, принцесса, — произнёс Вейдер, и в его голосе, сквозь механическую хрипоту, прозвучало нечто похожее на уважение. — Но ты не готова к тьме. Лея пыталась сопротивляться, пыталась удержать клинок, но Сила Вейдера была слишком велика. Он шагнул вперёд и одним движением выбил оружие из её рук. Голубой клинок погас, упав на камни, и тишина стала громче любого крика. Когда Лея очнулась, она уже была не в руинах. Её окружали холодные стены тюремного отсека на борту имперского корабля. За бронированным стеклом проплывали звёзды, а где‑то вдалеке гудели двигатели гиперпрыжка. Она попыталась пошевелиться, но оковы на руках и ногах были слишком крепки. В дверях появился Дарт Вейдер. Он не подошёл ближе — просто стоял, наблюдая, как наблюдают за редким зверем в клетке. — Ты сражалась достойно, — сказал он. — Но в этой войне нет места для героев. Есть только победители и побеждённые. Лея подняла голову, её глаза сверкнули. — Тогда я буду побеждённой, — тихо, но твёрдо ответила она. — Но я никогда не стану твоей союзницей. Вейдер не ответил. Он просто развернулся и ушёл, оставив её наедине с тишиной и звёздами за стеклом. А где‑то далеко, в глубине галактики, Альянс уже готовил новый план. Потому что даже пленённая принцесса оставалась символом надежды — и пока этот символ жил, война не была проиграна.