«Я просто приняла тот факт, что я чеченка, мусульманка и я объективно отличаюсь»: знако...
«Я просто приняла тот факт, что я чеченка, мусульманка и я объективно отличаюсь»: знакомьтесь, Диана Окаева, художница родом из Грозного, педагог и новая резидентка нижегородской Галереи 9Б Диана училась в Академии искусств на факультете дизайна костюма, однако за годы проведенные там разочаровалась в моде. Забрав из этой сферы все ценное для себя (навык работы с текстилем и преподавания), ушла в искусство. Именно через него она смогла принять свое происхождение и увидеть красоту родной культуры. Раннее детство Дианы пришлось на разгар первой чеченской войны. Вместе с тем, большая часть ее жизни прошла в Тюмени, а еще у нее русская бабушка. С этой дуальностью художница впервые начала работать в арт-резиденции в Дагестане, выразив ее в проекте «Йовлакх» (в переводе с чеченского – «платок») Рваное, перешитое несколько раз полотно из марли, на котором вышиты бисерные слезки и хлопковыми лентами выложены узоры. В центре – тюменская роза, с двух боков цветы из чеченских ковров, и там сверху и снизу орнаменты из дагестанских ковров. Мне всегда очень хотелось быть похожей на детей в классе, на ребят в университете и слиться с толпой. Но в какой-то момент я просто приняла тот факт, что я чеченка, мусульманка и я объективно отличаюсь. И тогда мне захотелось покрыться – как бы легитимизировать в своих же глазах тот факт, что мы все разные. Когда я приезжала в Чечню, все говорили: «Надень платок», и меня это очень сильно угнетало. В 2023 году именно в Дагестане я поняла, что мне хочется полюбить все, что наполняет меня, все, что связано с моей родиной, с моей семьей, и полюбить этот платок. Я взяла марлю, потому что это был тот материал, который постоянно использовался в моем детстве в Чечне: им укрывали от комаров спящую меня, марля нужна была для производства сметаны и масла, а также для перевязки ран. Диана вдохновляется коврами. В Тюмени делают ворсовые ковры с розами и маками, в Чечне – из шерсти в технике мокрого валяния, с цветочными мотивами. В Дагестане веками ткут ковры с «говорящим» орнаментом и символикой (наша героиня регулярно ездит в республику, чтобы работать с детьми в сельском центре просвещения). В прошлом году она создала войлочный «Коверчик» – в течение двух недель 15 горожан вместе с автором валяли шерсть, вырезали детали и сшивали полотно. С текстилем планирует работать и в Нижнем: Этот город отличается от городов, в которых я чаще всего бываю: Махачкалы, Дербента, Грозного и даже Тюмени, где исторически очень много татар. Моя бабуля Антонина Титова – русская женщина. Она всю жизнь была православной и практически не знала чеченского языка. И сейчас, в своем нижегородском проекте, мне хочется говорить о трех главных женщинах в моей жизни. Кроме бабушки, это мама и старшая сестра. Нижний – музей потрясающих церквей под открытым небом. И это приближает меня к бабушке. Я всегда любила смотреть, как она достает свою маленькую иконку и что-то ей говорит. Сейчас я очень много думаю о ней. И мне хочется посетить как можно больше музеев, которых у вас тоже очень много. А еще я никогда в жизни не жила одна – так удивительно готовить для себя, завтракать одной. В галерее, где я сейчас живу, есть микробалкончик (я называю его парижским окном). Подхожу к нему, смотрю на играющих в парке детей. И иду чистить зубы. ♥️ VK | MAX | САЙТ