Сидим у избушки, огонь потрескивает, а на душе неспокойно. Припомнилось мне, давно уж, ... — 19 октября 2025 г. в 10:45:24.533
Сидим у избушки, огонь потрескивает, а на душе неспокойно. Припомнилось мне, давно уж, дело-то было. Пошел я на глухаря, знал одно токовище, матерый самец там пел. Засветло добрался, притаился у коряги. Только заря занялась, услышал его: щелкает, скрежектит, будто палку по сухому дереву водит. Подбираюсь крадучись, ветка под ногой хрустнет – аж сердце замирает. А он, проклятый, замолкает на секунду и снова за свое. Вот уж совсем близко, вижу его, сидит на ветке, шея раздута, хвост колесом. В такт его песне двигаюсь: скрежектит он – я два шага, молчит – я как вкопанный. Совсем уже на верный выстрел подобрался. Прицелился, а он как заскрежещет, да с таким азартом, глаза закрыл, совсем в песне своей утонул. Я на курок давить начал, а он – прыг с ветке! И молча, как тень, в густую хвою шмыгнул. Я так и остолбенел, ружье опустил. Оказывается, этот хитрец все видел. Он притворялся, что токует, а сам за мной следил одним глазом. Водил меня, старого пня, полчаса, как мальчишку. Подпустил на верный выстрел специально, чтобы посмеяться. И ушел бесшумно, будто и не было его. Вот так-то, друг. Не мы охотники над зверем, а они порой над нами свою мудрость показывают. С тех пор я к глухарям уважение особое имею. Умная птица, ей-богу. Не всякий человек такую хитрость проявит.