В Мадриде умерла Марикармен Абаскаль. Ей было 87. Семьдесят лет она прожила в одной съё...
В Мадриде умерла Марикармен Абаскаль. Ей было 87. Семьдесят лет она прожила в одной съёмной квартире: въехала туда девочкой с родителями и там же их похоронила. Договор аренды подписал её отец в 1956 году, потом он перешёл к матери, а затем к ней. При Франко договоры аренды заключали почти навсегда, с очень низкой платой, и их можно было передавать по наследству. Но дом купила новая фирма, нашла лазейку в законе и решила выселить бабушку. Новую аренду ей назначили в 1600 евро при пенсии в 1400. За неё заступались соседи, ООН и даже правительство страны. Суд никого не послушал и вынес решение против бабушки. Ехать в дом престарелых бабушка отказалась наотрез. 23 сентября в 5:45 утра пришла полиция. Марикармен вывезли из дома в инвалидном кресле и отвезли в больницу. Её историю знала вся страна: о ней больше года писали газеты, у её подъезда дежурили сотни людей. Снимок, на котором её на носилках несут к скорой, облетел всю Европу. В Мадриде аренда за десять лет подорожала вдвое, и многие узнали в ней себя. Когда её выселили, Испания поднялась. Десятки тысяч людей вышли на улицы, палатки появились на площадях Мадрида, Барселоны, Валенсии, Севильи. Правительство Санчеса не смогло провести законы о защите арендаторов, премьер распустил парламент и назначил досрочные выборы на 29 ноября. Профсоюзы объявили всеобщую забастовку, первую за 14 лет. Новый договор Марикармен должна была подписать 8 октября. Она умерла 7-го. Ключи ей привезли в больницу, но домой она так и не вернулась. Бабушку жалко. Но и хозяева не злодеи. Они купили дом, где жилица по старому договору платит 500 евро, а соседи — 2500. Суд решил, что договор закончился. По закону фирма права. Почему же тогда вся Испания встала на дыбы? Потому что жилищный вопрос там сто лет решали за счёт хозяев квартир, а не за счёт государства. У Франко не было денег строить жильё для бедных, и он просто запретил выселять жильцов и поднимать плату. Вместо государства жильца фактически содержал хозяин квартиры. Так страна прожила полвека. В 1985 году эти правила отменили, но только для новых договоров, старых жильцов не тронули. До них добрались в 1994-м: по наследству старый договор теперь можно передать только один раз, и то не всем. С точки зрения рынка всё логично. Только государственного жилья в Испании около двух процентов. Если старушку выселили, ей некуда идти, кроме улицы. Отсюда и знаменитые испанские «окупас», которые захватывают чужие квартиры. Суды тянутся месяцами, а то и годами, а за захват пустой квартиры полагается только штраф. Со времён Франко люди привыкли, что жильца трогать нельзя, и к хозяину сдаваемой квартиры относятся без сочувствия. После кризиса 2008 года творилось страшное. Люди теряли работу, не могли платить ипотеку, и банки через суд забирали у них квартиры: за пять лет набралось около полумиллиона таких дел. Тогда соседи стали вставать живой цепью у подъездов и не пускать приставов. Так появилось движение против выселений. Его люди и стояли у двери Марикармен. Жилищный вопрос Испания так и не решила: кто платит за того, кому негде жить? Все согласны, что жильё должно быть у каждого. Но у государства нет денег доплачивать за всех, кому не хватает на аренду по рыночной цене. Любопытный момент. Сочувствовала бабушке вся страна, а платить за нее вызвались единицы: писательница, которая не назвала своего имени, пианист и городская жилищная контора. Но все они опоздали. За восемь лет судов и взаимных обид фирма уже не хотела этой жилицы ни за какие деньги. За день до выселения писательница предложила платить за Марикармен все 2600 евро в месяц, сколько понадобится. Фирма тоже не стала отвечать. Но когда на улицы вышли десятки тысяч, та же фирма сама вернула квартиру за 500. Этот спор закончился со смертью бабушки. Но сама проблема никуда не делась. Такие кризисы Испанию ещё ждут.