- Слушай, я был занят ее транспортировкой, перевозкой, реабилитацией, пролежнями, гастр...
- Слушай, я был занят ее транспортировкой, перевозкой, реабилитацией, пролежнями, гастростромами, ворохом документов. Ну когда мне ещё тут разбираться с врачами? Нет у меня сил ещё и на суды и войны с больницей. Хотя положа руку на сердце, я бы хотел, чтобы эти люди больше никого не загубили... Благотворительный фонд "Что дальше " проверил документы Лёши: по датам, по выпискам медицинским, эта информация сходится. Подтверждается. Фонд даже документы ДТП поднял, и с адвокатом связался, что в принципе, вообще не его дело. Но и там всё подтверждается. То есть Лёша говорит правду... А как вам такая зарисовка. Когда он пришел в патологоанатомический корпус забирать документы на ребенка, ему во-первых , не те документы выдали, а потом сказали фразу: - А что вы без гроба пришли? Нам что, тело в пакете выдавать? Вот тут у меня закончились слова возмущения. - Хоть как-то объяснили, почему так долго? - тихо спросила я. - Не отдавали, потому что 30 дней вскрытие, - вздыхает Леша. - Я уже и губернатору писал, и Президенту. Вот тогда отдали. 13 февраля, наконец, забрали Крис в Солнечногорск. На 4 день вывели её из комы. Потом лечили ещё пневмонию, а когда вылечили, сняли с трубки, и она смогла дышать самостоятельно... Врачи сказали Лёше про жену так: "Реабилитационный потенциал оцениваем как сомнительный". Другие независимые врачи, которым Леша показывал выписки, тоже не обнадёжили, сказали, что "при операции , вероятно, ей задели ствол головного мозга..." Крис не подавала признаков жизни: иногда у нее открывался левый глаз. И это всё. Заведующий пояснил: "Ее нельзя восстановить, Алексей. В паллиативный центр вам нужно. Она не поворачивает голову даже, не узнает никого. Шансов нет" Но Лёша боролся. Искал врачей, которые поверят в Кристину, звонил и писал в Центр мозга, в лучшие реабилитационные центры России, он переоборудовал их комнату под реанимацию и 18 июня забрал Крис домой. Вылечил все пролежни, помог с набором веса, но Лёша понимал: он не реабилитолог. А Кристине нужна именно реабилитация. Все сбережения отдал Леша за реабилитацию в лучшем центре "Три сестры". Когда они приехали туда впервые - у нее только немного двигалась голова и открывался глаз. Сейчас Крис уверенно сидит, держит голову, узнает мужа, слушает внимательно , понимает обращенную речь, издает звуки. Врачи говорят, что ее возможно восстановить, но у нее нарушено внутричерепное давление, и нужно срочно делать операцию и ставить пластину в голову. Лёша решает этот вопрос. - Мы пока не можем ее разглотать, у нее спазм на пищеводе. Но мы точно сможем избавить ее от трубки... - Лёша уже лучше врачей знает реабилитационнную стратегию. - Лёш, как ты сам? Во всем этом... Как ты сам? - До поездки в реацентр было хуже. Я думал, не вынесу это все. Было отчаяние. В окно смотрел и... Я виню себя. - Себя???? В чем? Что ЕЩЁ ты мог сделать? - Я мог отговорить её и не ехать в то путешествие. - Лёш, ты делаешь больше, чем можешь, правда. Я не знаю никого больше, кто ещё вот так будет сражаться за жену. - Когда я смотрю на нее, прямо вижу, что ей больно. А я хочу, чтобы ей было не больно. И моя жизнь этому посвящена. Я очень боюсь мобилизации. Но только в том смысле, что если мне придется уйти, я не смогу ей помогать, и у неё будет откат. А я ей очень нужен сейчас. Она так живо на меня реагирует, сразу меняется, оживает... - А поддержка у тебя есть? - Ну, люди вокруг говорят: "Держись". И "Все наладится". И уходят в свои жизни. А я по факту всё равно один на один сейчас с этой проблемой. #АрмияВолшебников, Лёша героически спасает свою жену. Это достойно уважения. И реабилитационный центр "Три сестры" даёт ему и такую важную сейчас надежду, и, главное, видит реабилитационный потенциал Кристины. Но реабилитация с такими крутыми результатами - это ежедневная сложнейшая системная работа, которая ооооочень дорого стоит. Мы можем Лёшу и Кристину обнять деньгами, и тогда Лёша поймет, что нет... он не один. Мы рядом.