Так всю жизнь и будешь прислуживать другим! - сказала цыганка, когда Мария приехала вст...
Так всю жизнь и будешь прислуживать другим! - сказала цыганка, когда Мария приехала встречать свекровь в аэропорт. Но стоило ей заглянуть в старую печь... Утро застало Марию врасплох, она проснулась до звонка будильника. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь тихим постукиванием радиатора. На окне, украшенном морозными узорами, дремала герань. Был выходной, воскресенье. Казалось бы, можно позволить себе понежиться в постели, но многолетняя привычка подняла ее с кровати. На кухне, на столе, стояла вчерашняя вазочка с печеньем, приготовленным для внучки соседки. Рядом лежала открытая тетрадь со списком необходимых покупок, написанным каллиграфическим почерком. В списке значились: гречка, морковь, курица, мыло и свечи. Мария поставила чайник и прислушалась к звукам дома. За стеной тихо храпел ее муж. Виктор спал богатырским сном, как человек, свободный от забот и долгов. В гостиной у окна на диване отдыхала свекровь, Антонина Петровна. На прошлой неделе она долго ворчала, но в итоге осталась довольна ухой, приготовленной Марией. Казалось бы, мелочь, но вкусная уха смягчает даже самый сварливый нрав, хотя и ненадолго. Мария посмотрела в окно и привычно отметила, как дворник неспешно орудует лопатой. В голове четкой схемой выстроились планы на день: приготовить суп, сходить на рынок за продуктами, собрать посылку для соседки, которая из-за болезни передвигается с трудом, зайти в аптеку за лекарствами для Антонины Петровны, у которой закончились таблетки от давления, а потом поехать в аэропорт. Виктор накануне сказал: "Съезди, встреть маму. Я после работы не смогу. Да и тебе все равно по городу целый день мотаться". "Все равно мотаться" – эта фраза давно стала в их доме своеобразным девизом. Кто свободен, тот и делает. Мария, как обычно, кивнула в ответ, предпочитая не спорить. Так было проще. К полудню она уже сварила суп, испекла пирог с капустой и сложила в сумку документы свекрови, необходимые для оформления путевки, оплаченной через кассу. Перед выходом она проверила окно – закрыто, и плиту – выключена. Она вышла в коридор, надела куртку и поправила шарф. Виктор выглянул из комнаты и, почесав затылок, сказал: "Смотри там, не потеряй ее багаж". Сказав это, он скрылся обратно в комнате. Мария промолчала в ответ. Она давно привыкла экономить слова, понимая, что иногда молчание действует эффективнее любых объяснений. В аэропорту было многолюдно и шумно: людские голоса, грохот тележек, смешивались с запахом кофе и свежей краски. Мария встала у табло прилетов и начала ждать. Рейс задерживался на двадцать минут. В руках она держала скромный букет из трех роз и веточки зелени. Свекровь любила цветы, хотя и делала вид, что относится к ним равнодушно. Пока Мария смотрела на бегущие строки, рядом с ней кто-то остановился. Это была невысокая женщина в теплом платке с тонкими смуглыми руками. В ее глазах был цепкий, проницательный взгляд, словно она привыкла оценивать людей по лицам. "Девушка", – тихо обратилась она к Марии так, словно они были давно знакомы.. Показать полностью..