Валентина сидела у стола, сжимая в руках конверт и внимательно вчитывалась в обратный а...
Валентина сидела у стола, сжимая в руках конверт и внимательно вчитывалась в обратный адрес, сразу и безошибочно узнавая почерк своего жениха Марка. Письмо пришло из Кабула. Она вздохнула и решительно вскрыла его, как будто боясь, что всё происходящее это лишь сон, а не реальность, и письмо сейчас исчезнет. Развернув листок, исписанный торопливым, но аккуратным почерком, взволнованная девушка прочитала вслух строки, которые там были: - «Милая Валюшка, у меня всё нормально. Служба идёт, не переживай. Помню каждый наш разговор, каждую минуточку, проведённую вместе, ты – мой свет здесь, вдали от дома, жду-не дождусь нашей встречи». Дальше шли описания окружающей его природы, жары и буквально несколько слов о том, что его буквально на днях перевели служить из Душанбе в Кабул, в столицу Афганистана. «Кормят здесь хорошо, даже лучше, чем кормили в учебном центре, правда, замучили физкультурой, но это и понятно, служба здесь непростая, ответственная, нужно быть в хорошей физической форме, вот и гоняют почём зря, лучше бы поспать дали побольше», – писал он. Валентина всхлипнула, смахнув со щеки непрошеную слезу, но тут же улыбнулась, ведь главное, что с ним всё в порядке, жив, здоров, и пишет, что всё нормально. Она знала Марка с детства, они с ним были соседями, росли в одной деревне, ходили в одну школу, и ещё в первом классе учительница посадила их за одну парту, так и началось их неразлучная дружба, которая позже переросла в настоящую любовь. Марк всегда был с ней рядом, и, если кто‑то из ребят пытался задеть её или обидеть, он тут же вставал на защиту своей подружки, и, если у неё что-то не получалось, пытался помочь. Она тоже всегда поддерживала его. В школе они делились всем, тетрадями, карандашами, обедами из дома, а после уроков бродили по просёлочным дорогам, разговаривали обо всём на свете. Марк мечтал стать инженером, Валентина – учительницей, и, повзрослев, в старших классах они строили планы, как отправятся после школы вместе в город, поступят учиться, поженятся и будут жить семьёй. Марк провалил поступление в институт, и его призвали в армию. - Не переживай, отслужу и опять попробую поступить, а, если не получится, устроюсь трактористом или водителем, тоже работа почётная, хоть и не инженер, – сказал он перед отправкой, – Ты только дождись меня, пожалуйста. Валентина проводила любимого на вокзал и стала ждать его возвращения. Сначала ей приходили письма из учебки, бодрые, полные шуток, с рассказами о товарищах и армейских буднях, а потом Марк вдруг перестал писать. Эти две недели без единой весточки тянулись бесконечно, Валентина не находила себе места, по несколько раз в день бегала к почтовому ящику, металась по дому или просто застывала у окна в скорбных раздумьях. Она теперь училась в городе на педагога, жила в общежитии, а на выходные приезжала к родителям в деревню, но ни на городской адрес, ни в родной дом Марк ей пока не писал. И вот, наконец, письмо пришло на адрес матери. Валентина перечитала его ещё раз, потом аккуратно сложила листок, убрала в конверт и прижала его к груди, на минуточку закрыв глаза и представив Марка, как он старательно выводит строки: «Ты – мой свет». - Мамочка, – воскликнула она, вбежав на кухню, где мать готовила обед, – Мамуля, мне Марк письмо прислал! Из Кабула! - Господи, в Афганистан попал, – вздохнула та и присела на табурет, держась за сердце. - Да, всё у него хорошо там, мам, – затараторила дочка, – Пишет, что служба идёт, что помнит каждый наш разговор… Про жару, вот, ещё написал и про трудную физподготовку… Мать поохала, потом собралась и пошла к соседке, к матери Марка, поговорить об этом, поддержать будущую сватью. С этого дня начались томительные дни ожидания, и теперь каждое утро Валентина просыпалась с одной мыслью: «Может, сегодня опять придёт письмо?» Она ловила сводки коротких новостей по телевизору, но кадры были скупы, а диктор говорил обтекаемо то про «выполнение интернационального долга», то про «дружескую помощь», но ничего конкретного не рассказывал, ни