По следам Отечественной войны 1812 года в Екатеринбурге
Политика · 25 сентября 2026 г.
Щи да каша пища наша
Щи да каша пища наша Система питания в Российской Императорской армии эпохи Отечественной войны 1812 года была очень проста. Казна финансировала закупку крупы, муки, овощей и скота. Солдатам выдавали пшено, горох, ячмень и другие крупы. Основой питания был ржаной хлеб на закваске. В засушенном виде он полагался для ношения в ранце каждого воина «на походе» — в качестве запаса сухарей на три дня. Ржаные сухари могли заливать водой и носить во фляге-манерке — в ней они заквашивались и у солдата получался квас. Сухари, размоченные в воде, становились похлёбкой-тюрей. Обычными напитками были квас, взвары из разных трав. Русская армия шла с мукой и крупой. Полк сам пёк хлеб, артель варила еду в общем котле. Система была грубой, тяжёлой, но понятной: пока есть мука, вода, огонь и котёл - будет обед. Русские хранили национальную общинность, присущую русскому народу – в артели входило 5-8 солдат. Названия должностей в артели говорили сами за себя: артельщик-староста, костровой, кашевар, виночерпий. Была крупа , значит, будет каша. В музейных материалах Бородинского поля упоминается кулеш - густая каша, почти суп. По данным историка Марины Коротковой, хлеб в русских полках выпекали из казённой муки; выдача могла доходить до 1200 граммов в сутки. К полудню старались сварить щи: в пост со снетками и постным маслом, в мясоед с салом или говядиной. Ели не поодиночке. Артель делила работу так же естественно, как делят дым у костра: кто-то носил воду, кто-то рубил дрова, кто-то мешал варево. Французы рассчитывали на обозы, хлеб, бисквит, мясо и вино. А ещё... на местные запасы. Великая армия двигалась вперёд, как огромная саранча с пушками: каждая колонна съедала то, что могла найти, раньше следующей. На бумаге французский рацион выглядел не хуже. В реальности "бумага плохо варится в котле". Штатный французский рацион включал хлеб или сухой бисквит, мясо и вино. Но между словом «полагалось» и словом «получил» лежали сотни километров русской дороги. Обоз мог застрять, а продукты испортиться. Деревня оказаться пустой. Солдату оставалось искать, покупать, отнимать, молоть найденное зерно или ждать следующей выдачи. Сержант Императорской гвардии Адриен Бургунье вспоминал: перед Бородином французы чистили мушкеты, делали бинты, писали завещания. Кто-то пел. Кто-то спал. Очень человеческий набор занятий для вечера перед бойней. А потом случился поворот. Уже после Бородина, на пути к Москве, измученная лошадь с грузом упала и не поднялась. Голодные солдаты зарезали её, ели мясо ночью и готовили на следующий день. Наполеон увидел это и, по мемуарам Бургунье, пообещал: Ещё несколько дней - и в Москве будут отдых и хорошая еда. Москва была впереди. Хорошая еда - да или нет неизвестно. На фотографии представлено сравнение армейских рационов накануне Бородинского сражения составлено по данным историков М. Коротковой и А. Доусона, отдельные нормы требуют уточнения по первичным военным ведомостям. Бородино решали не только редуты, ружья и приказы. За каждой атакой стояли хлеб, мука, обоз, костёр и человек с ложкой. Иногда история поворачивается не у карты генерала, а у котла, в котором ещё осталось на одну порцию. #Екатеринбург_1812 #экскурсия_Екатеринбург #ЕКБ1812 #живая_история