Год кота
Год кота АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО Бедный я, бедный. Был единственным и любимым, а теперь... Эх, женщины! Предательство вам имя. За что мне все это, спрашивается? За маленькую справедливую месть? Зато теперь у меня есть самый настоящий враг! Володька-борода... Осень Холодно, очень холодно и мокро. Мамки нет, никого нет. Куда все делись? Помогите! Спасите! Не слышат. Голос сел, даже пищать не могу. Все! Конец мне... ***** Тепло... Ох, неужели я в кошачий рай попал? Так, радуги не видно. О! Зато миска есть. Что там? Это все для меня? Точно рай! Идет кто-то. Тапочки пушистенькие. А ничего такие. Над тапочками ноги дли-и-инные. Халатик цветастенький. Мило... Выше халатика голова. На голове все как положено: прическа лохматая, два глаза больших серых, два уха с висюльками блестючими, рот в помаде. Женщина, значит. Улыбается. Это хорошо. Значит, добрая. Получается, она меня от гибели спасла неминучей. Домой принесла, отогрела, накормила. Ну, повезло. Надо ей спасибу намурчать. Сделаем круг почета вокруг тапочек, теперь ногу хвостом погладим. Нравится ей! Я молодец! Значит, домашним буду. Точно буду. На руки меня подхватила. Спрашивает: «Барсик, как же это такой симпатяга дымчатый в октябре на улице оказался? Это какая же дря*нь тебя выкинула?» Так. Барсик – это, получается, я. Симпатяга – это тоже она про меня. Приятно, не знал. А вот насчет того, как я на улице оказался... Эх, самому бы понять. Спал у мамки под боком. Потом – бац! Сунули в сумку, понесли и в незнакомом дворе одного оставили. За что? Почему? Кто его знает. Я орал, плакал, звал. Охрип. К прародителям собрался. Вот, собственно, и все. Очнулся уже здесь. Уже Барсиком. Надо жизнь сызнова начинать, с женщиной этой поближе познакомиться. Прошлое – оно ведь в прошлом... Зима Женщина мне досталась совсем молодая. Ксюша зовут. Имя какое-то кошачье. Ну да ладно, какое уж есть. Меня любит вроде. Кормит, гладит, жизни учит. Посадит, бывало, на подоконник и давай объяснять: — Смотри, Барсик, белые мухи прилетели. Снег называется. Молчу, смотрю. На мух не похоже. Видел я их, мерзкие. Снег за окошком, наоборот, кажется мягоньким, славным. Тычусь носом в стекло, чтобы поближе разглядеть. Холодно! Как этот снег выживает в такой холодрыге? Хотя, если он как мухи... Тогда понятно. Эти тоже ничего не боятся. В помойках жужжат, тухляшками не брезгуют, в нос лезут. Пакостные создания. Нет, наверное, я не люблю снег...