Краля, пока он ее нес до дому, размечталась. Вот поселятся они вместе, он будет ей книж...
Краля, пока он ее нес до дому, размечталась. Вот поселятся они вместе, он будет ей книжки читать, разговоры интеллектуальные вести, угощать марципанами всякими. Что такое марципаны, она не очень представляла. Но уж больно слово красивое. Ее мечта пошатнулась, едва они оказались в квартире. — Р-р-гав! — приветствовал Кралиного избранника лохматый мелкий пес. — Привет, Шурик. Не пугай птичку, — велел вороний избранник. «Шурик... Надо бы с этим Шуриком контакт наладить», — подумала тогда Краля. Но как она ни старалась, все впустую. Шурик не желал делить хозяина ни с кем. Краля даже гавкать научилась, как пес. Думала, поможет взаимопониманию. Ничего подобного. Глупый Шурик решил, что она дразнится, и окончательно озверел. — Надо мной издеваться не советую, быстро хвост выдеру! — пообещал он Крале. И ведь правда, едва не выдрал. Вот тогда она и поняла, что придется искать другого человека. Этот, конечно, умник, но даже ради него собственным хвостом жертвовать не хотелось. Она выбралась в форточку и была такова к вящей радости Шурика... ***** Лето закончилось, наступила промозглая желто-серая осень, а новая человечья кандидатура все не находилась. Краля изучила все балконы в округе. Заглянула в добрую сотню окон и уже совсем было отчаялась... Вот тут-то ей и подвернулась Мария Васильевна. Постучаться к ней Краля решилась не сразу. Пару дней изучала через окошко. И поняла – подходяще. Женщина пожилая, одинокая. Кошек, собак, попугаев в квартире не наблюдается. Зато много книг, цветок на подоконнике, скатерть гобеленовая. Сдержанно, но уютно. Да и сама женщина симпатичная. Про таких говорят: со внутренним стержнем. Не выглядит она несчастной, хоть и живет в полнейшем уединении. Встает, завтракает, в порядок себя приводит, книжки читает, на прогулки ходит. И увлечение у нее пусть странное, но имеется. Из деревяшек разное полезное мастерит. Шкатулочки всякие, ложки, подставочки и даже домики для птиц! Рукастая. «С такой подружиться – дело чести», — решила Краля и подала голос. Женщина оказалась понятливой. Ду*рочкой прикидываться не стала. Принесла угощение и предложила Крале заглядывать еще. А той только этого было и нужно... ***** На балкон ворона являлась теперь, как люди на работу. Стучалась, Мария Васильевна открывала окошко, Краля входила. Усаживалась на подоконник и здоровалась: — Кр-ра! — Ну, здравствуй! — отвечала Мария Васильевна. — Завтракать будешь? Заодно и поболтаем. — Кр-р. — Нашли друг дружку две вороны. Да ты ешь. Думаю вот домик тебе на балконе теплый сварганить. Не в клетке же тебя запирать. Что скажешь? — Ра-ав! — Одобряешь, значит? Сделаю. Краля была довольна. Отличная ей досталась подруга, понимающая. Вольной птице в клетке не место. Вообще, все удивительно хорошо сложилось. К зиме будет у нее квартирка. И, может, отпадет надобность в вороньих коммунальных ночевках. Краля их ненавидела. Но почему-то три зимы подряд она, едва наступал вечер, поднималась в небо, вливалась в общую огромную стаю и летела на городское старое кладбище. Зачем? Да кто же его знает! Какой смысл в этом ночном собрании? Чтобы, поорав вместе с многоголосой толпой, уснуть на голой ветке среди сотен сородичей? Так себе развлечение. Одна старая ворона объяснила ей, что это инстинкт. И не надо искать какой-то скрытый смысл. Принято так у серых ворон, и точка! Много поколений так делали до и будут делать после! Объяснение Кралю ни капельки не устроило. Она не хочет, как все! И вот теперь появился шанс воспротивиться системе! ***** Мария Васильевна не обманула. Через неделю дом для Крали был готов. Большой, надежный. Стены двойные, из толстой березовой доски. Морилкой снаружи покрашены. Меж ними опилки для тепла. Для него же внутри – войлок. Вход в верхнем углу. Разумно, удобно. Водрузив вороний дворец на крепкий табурет, Мария Васильевна пригласила: — Пользуйся, подруга! Нравится? Крале нравилось. Она со всех сторон свое жилище оглядела, внутрь залезла и давай благодарить. Да так громко, что на соседний балкон мужчина пожилой вышел. Заинтересовался